Вообще, начало их дружбы было не особенно обычным. В том плане, что ни одна из них к этой дружбе не стремилась, да и не пересекались они почти. Однако у младшей Харди имелось острое недопонимание касательно ряда технических предметов, а вот с нормальными репетиторами как были проблемы, так и остались. Коннорс был готов помочь, но отрывать от дел старшего профессора ради того, с чем может справиться любой аспирант, было как-то неправильно и слишком нагло, даже если сама Фелиция иногда считала полезным выставить себя немного стервой. Вот только между внешним образом для неприятных ей людей и реальным поступком по отношению к уважаемому человеку есть огромная разница, а потому профессор отпадал. Проблема заключалась в том, что и означенные аспиранты с помощью не спешили, будучи больше заинтересованы в том, чтобы залезть к ней в трусики, чем объяснять сложные темы. Собственно, послав очередного «доброхота», девушка уже была готова биться головой о кафедру и молить всех известных богов и демонов, дабы направили к ней кого-нибудь нормального, кто мог объяснить материал нормальным языком и при этом не распускать руки каждую возможную минуту! И боги (или демоны) уловили её мысленный зов — её полный тоски и страданий выдох от непонимания очередной темы услышала Гвендолин Стейси, ну и предложила помочь разобраться. Причём просто так, хотя Фелиция и намекала ей на некоторую компенсацию, но та лишь отмахнулась, сказав, что «после всех тех издевательств от Дума ей просто нужно что-то простенькое и понятное». Разумеется, такая реакция заинтересовала мисс Харди. Не то чтобы она не видела тех фотографий и не знала о факте знакомства Стейси с неоднозначным миллиардером, но издевательства? Ещё и упомянутые так, словно этот гнусный кобель не пару раз над ней подшутил, а чуть ли не ежедневно общается на работе… Само собой, она не ревновала — ещё чего! Как и в самом Думе не была заинтересована! Но узнать, что опять сотворил этот слегка безумный (кто бы что ни говорил), но крайне эффективный миллиардер, было действительно интересно. А там слово за слово — и вот они уже частенько заваливались домой к самой Гвен или Фелиции, пили чай, учились, ну и обсуждали парней. Ну и, разумеется, как тут было не подшутить над подругой?

– Ой, он тот ещё зануда, – между тем отмахнулась означенная подруга. – К тому же, кажется, у него что-то намечается с Деброй.

– В самом деле?

– Ну да, они работают в одном отделе, пусть и на несколько разных направлениях, – пожала плечами девушка, – так что порой зависают вместе до ночи, да и в столовой я их частенько видела вместе.

– Хм-м… А этот твой Смайт-младший? – продолжила наседать Фелиция.

– Лучше уж Паркер! – возмущённо фыркнула девушка. – Этот бесчувственный педант постоянно сдаёт мои опоздания Думу! Даже на минуту! Серьёзно, мне кажется, он в начале смены стоит у двери с секундомером и с точностью до секунды считает, на сколько я опаздываю!

– Хех, – усмехнулась блондинка, – может, он так жаждет твоего внимания? Потому и докапывается?

– Я скорее поверю, что его на это подговорил сам Дум, – надулась Гвендолин. – Алистер с отцом на него разве что не молятся! Готова поспорить, если боссу потребуется где-то спрятать труп, эти умники без вопросов предложат ему десяток вариантов, ещё и придут с лопатами помогать!

– А Думу-то это зачем? – удивилась Харди.

– Ну, э-э-э… – Гвен рефлекторно потянулась потереть свою пятую точку, лишь в последний момент отдёрнув руку.

– Та-а-ак, – нахмурилась Фелиция. – Он тебя преследует? Домогается? Если хочешь, я поговорю с матерью и…

– Что? Нет-нет! – аж вскочила Гвен. – Мистер фон Дум — классный! Он знает о всех проектах, участвует в доброй половине из них, пусть кое-где и чисто консультативно! Да половина всех патентов корпорации принадлежит именно ему, это его разработка! Да и с работниками он всегда хорошо ладит, всегда готов помочь и войти в положение, если что-то нужно. В меру, конечно, но это действительно тот работодатель, о котором можно только мечтать!

– О, как активно ты сразу стала его защищать, хе-хе! – усмехнулась Фелиция. – Кажется, вместо Паркера тебе по вкусу пришелся его Большой Босс, м-м-м?

– Что?.. Нет! Что? Не говори глупостей, Фел! – запаниковала вспыхнувшая лицом девушка. – Я признаю, что он хороший человек, но его наглость… эксцентричность… Я не знаю, как с таким человеком строить отношения! Не говоря уже о том, что он старше! И мой босс! И…

– Ты уже прикидываешь, как строить с ним отношения, – усмехнулась Харди. – Ещё не придумала имена вашим будущим детям? – она не могла удержаться, слишком уж мило паниковала и возмущалась Гвен. – Если что, у меня есть парочка идей!

– Ар-р-ргх! – схватилась за копну золотистых волос собеседница. – Ты ещё более невыносима, чем он! И чувство юмора у вас похожее!

– Ага, а ещё я голубоглазая блондинка, что всё делает лучше!

– Фе-е-е-ел! – жалобно. – Ну не издевайся! Я эту фразу от него уже столько раз слышала… У него реально какой-то пунктик по этому поводу, так что не уподобляйся!

– Хе-хе…

– Фе-е-е-е-ел!

– Ладно-ладно, не бухти, давай лучше выпьем ещё чаю и отведаем этих замечательных французских бул… – в этот момент стена комнаты, где они сидели, сделала «хрусть», и за ней оказался какой-то невысокий мужчина… с щупальцами, что сразу же потянулись к девушкам. И «выдохнули» облачко какого-то газа, от которого сознание стремительно отключилось.

В себя Фелиция пришла уже привязанной на каком-то заводе. Гвен рядом не было, а вот их похититель был. Более того, она даже узнала его — сложно не узнать пользователя технологии, на основе которой фон Дум сделал протезы, что становятся всё популярнее и популярнее. Да и недавний скандал с ЧП в исследованиях, спонсируемых фондом Харди, ещё был свеж в памяти. Итак, её похитили. И сделал это обиженный на их фонд спятивший учёный. Блеск.