Насчёт того, что всё позади, я был не так уж уверен. Для неё, возможно, и позади, а вот насчёт меня имелась некоторая неопределённость. Достаточно вспомнить, как тот Старший, Дерк кин Лисс, с первого взгляда настроился меня убить. Может быть, это только он был таким кровожадным, но не исключено, что некоторые здешние обитатели сразу видят мою чуждость, и она им очень не нравится. Я, конечно, надеюсь на лучшее, но расслабляться пока не стоит.

– Что ты планируешь делать, Артём? – она испытующе посмотрела на меня.

Опять Артём. Разве бывает так, что был человек просто Ванькой, и вдруг его ни с того ни с сего, безо всякой видимой причины, начали уважительно звать Иваном? Ну, может, и бывает, но прежде чем что-то планировать, всё же стоит разобраться с этим любопытным моментом, да и прояснить немного наши отношения. Сейчас, похоже, для этого самое подходящее время.

– Артём, да? – переспросил я. – А что же насчёт Арти?

– Ты ошибаешься, я не такая! – мгновенно вспыхнула она. – Если хочешь знать, любая княжна с детства воспитывается в строгости, и я вовсе не собираюсь вешаться кому-то на шею! И уж точно не тебе!

Охотно верю, что классический сюжет княжны и конюха для неё совершенно немыслим, тем более на роль конюха я и не претендую.

– Успокойся, Арна, – саркастически хмыкнул я. – У меня никаких иллюзий не было и нет. Хоть такая форма обращения и называется уменьшительно-ласкательной, я прекрасно понимаю, что ничего ласкательного там даже близко не подразумевалось. Исключительно уменьшительное.

Она осеклась и смутилась.

– Прошу прощения, Артём, – сказала она, отвернувшись от меня, чтобы я не видел, как она покраснела. – Я неправильно отнеслась к тебе в начале.

Да уж понятно, как она меня воспринимала – как чокнутого холопа, который неизвестно каким образом случайно завалил Старшего. В общем-то, это совсем неудивительно – трудно было воспринять меня иначе. С головой у меня тогда точно было не всё в порядке, причём я и сам это чувствовал.

– Знакомство у нас и в самом деле вышло не совсем правильным, – мягко сказал я, – но я не в обиде. Что было, то было. Меня на самом деле немного другой вопрос интересует: что изменилось сейчас?

– Ты спас меня дважды – этого мало? – удивилась она вопросу. – За мной долг жизни.

А вот это мне уже совсем не понравилось. В обе встречи со Старшими она действительно спаслась благодаря мне, но я для этого ничего не сделал. Это было просто побочным результатом, и я для её спасения палец о палец не ударил. Неплохо, конечно, иметь местного, обязанного тебе жизнью, но очень уж это сомнительный долг, а сомнительные долги порой отдают сомнительными способами. Например, нет человека – нет и долга. И есть ещё один момент, о котором часто забывают: долг порой накладывает взаимные обязательства. Если говорить конкретно о долге жизни, то это неявное обязательство держать должника рядом, чтобы у него была возможность этот долг отдать. Я всегда стараюсь видеть в людях хорошее, но не исключено, что такое решительное заявление насчёт долга жизни именно с этим и связано.

– Я не приложил никаких усилий для твоего спасения, Арна, – покачал я головой. – Ты просто была рядом со мной, так что я не могу принять этот долг. И вообще, у тебя сейчас эйфория оттого, что мы выбрались от Старших, но всё же будь осторожнее с подобными заявлениями. Кто-то на моём месте мог бы такой долг и принять, а ты бы потом об этом пожалела.

Она попыталась что-то сказать, но я остановил её жестом.

– Вернёмся к моему вопросу: что изменилось для тебя? Только без глупостей насчёт долгов, пожалуйста.

– Я думаю, что ты магик, – неохотно ответила она. – Хотя очень странный магик, конечно. Но ты явно не ведьмак, потому что передача всей эссенции на твои способности никак не повлияла.

– Ведьмак? – не понял я.

– Старшими их зовут только в Тираниде, а так они ведьмаки. Ну, или ведьмы, – она немного подумала. – Но вообще в глаза их в любом месте так называть не стоит. Они очень не любят, когда их так зовут – убивать в чужой секторали вряд ли, конечно, станут, но напакостят обязательно.

– Ты же их Старшими называла и наедине со мной, – напомнил я.

– Потому что это было в Тираниде, – снисходительно объяснила она. – Там ведь и в самом деле непростой лес, там не только волки умные обитают. Если ты говоришь запретные слова, значит, ты чужой. Кто-то из птиц или зверей может и донести. А у вас там, откуда ты пришёл, магики есть?

– Есть, – кивнул я. – Только мы их зовём Владеющими. И нет, я не был Владеющим. Никаких способностей к Владению у меня не было, и там я не мог делать ничего из того, что делал здесь. Был совершенно обычным человеком.

– Возможно, туда взгляд Матери просто не доставал, а здесь ты ей понравился? – с сомнением предположила она.

– Может быть, и так, – согласился я. – Хорошо, допустим, здесь я стал магиком. Но скажи, Арна: вот эта моя способность выстрелить из пистолета – она ваших магиков впечатлит?