— Если я останусь здесь, со мной всё будет в порядке, мам. Я рассчитываю остаться, и это нормально. — Мне удалось произнести это почти убедительно. — Но я согласна насчет личных объявлений. На случай, если это всё же произойдет.

***

Мне потребовалось время, чтобы заставить себя досмотреть видео до конца. Черт, мне потребовалось время, чтобы просто осознать услышанное. Я видела Нэн, слышала её голос, горе накрывало меня с головы, и слова просто не задерживались в мозгу. Но, в конце концов, я смогла сосредоточиться на её теории моего возвращения.

Будет ли честным сказать, что я разочарована?

Я борюсь с самой мыслью о возвращении. Борюсь с желанием вернуться. Полгода я твердила себе, что моя жизнь — здесь. Рационально иметь план на случай, если я провалюсь назад случайно. Но ставить это целью?

Думаю, в глубине души мне нравится отсутствие выбора, так мне не приходится его делать. Но если копнуть еще глубже? Когда я думаю о том, что никогда не вернусь? Никогда не увижу тот мир и тех людей? Меня охватывает паника. Поэтому, когда Нэн говорит, что знает способ, одна часть меня содрогается от страха… а другая, более глубокая, трепещет от надежды. А потом я слышу её план.

Я ждала от неё магии. Какого-то особого ритуала. Я бы согласилась даже на очевидный вариант: пусть кто-нибудь придушит меня до беспамятства. Но то, что она предложила, было слишком похоже на все те неудачные попытки, которыми я пыталась вернуть себя в этот мир.

Весь её план? Отправиться к особняку Грея. Вернуться на Роберт-стрит, 12, войти внутрь, и тогда «завеса», как она её называет, истончится, и я смогу шагнуть сквозь неё.

Я ценю, что она сделала это для меня напоследок. И я чертовски рада, что она велела маме не давать мне видео до её смерти, так мне не пришлось говорить ей в лицо, что это не сработает.

Когда видео закончилось, вошла мама.

— Я надеялась на что-то более креативное, — сказала я. — Учитывая все эти лекарства.

Мама подавила смешок и обняла меня.

— Я знаю.

— Даже если допустить, что это сработает, — продолжала я, — как мне это провернуть? Постучаться к незнакомцам и попроситься войти?

Мама замолчала. Когда я подняла на неё взгляд, она произнесла:

— Этот особняк сдается в аренду. Очень дорогое отпускное жилье. Семья, которая снимает его сейчас, съезжает завтра утром. Появилось «окно».

Мое сердце екнуло от надежды, но я тут же отогнала её резким кивком.

— Это не сработает, мам.

— Скорее всего. Но я его забронировала. Как минимум ты сможешь показать нам, где жила эти шесть месяцев, и мы проведем чудесную ночь в шикарном доме. — Она похлопала меня по плечу. — А теперь иди к отцу: он составил список газет и инструкцию, как лучше составить викторианское частное объявление.

Мне хотелось сказать, что это бесполезно. Хотелось рухнуть в кресло и утонуть в горе по Нэн, в разочаровании от её «решения» и в чувстве вины за это самое разочарование. Вместо этого я просто сказала: «Спасибо», и поцеловала маму в щеку. Она снова обняла меня, а затем добавила:

— После урока по объявлениям я хочу, чтобы ты рассказала мне о своем последнем деле с мумией. Посмотрим, сможем ли мы раскрыть его вместе.

***

Той ночью мы действительно обсуждали дело о мумии. Мы с мамой перебирали версии, пока не заметили, что папа уткнулся в свой телефон.

— Уже скучно? — спросила я. — Я думала, ты любишь детективы.

— Не уверена, что он их действительно любит, — вставила мама, — учитывая, что он всегда пролистывает до конца.

— Что?! — возмутилась я. — Серьезно, пап?

Он выглядел оскорбленным.

— Я потом возвращаюсь и дочитываю. Я заглядываю в конец, только чтобы проверить свою версию.

— Это всё равно читерство. — Я посмотрела на телефон в его руке. — Погоди. Ты пытался заглянуть в конец? Узнать, было ли раскрыто преступление?

— Возможно.

— И ты нашел его в сети?

— Это уникальный случай. В свое время он наделал много шума в прессе.

— Ну и «кто убийца»? — спросила я.

— А кто это тут у нас пытается пролистнуть до финала? — усмехнулся он, убирая телефон в карман.

Я потянулась за своим телефоном, но папа его перехватил.

— Никаких спойлеров. Твоя Нэн не хотела, чтобы ты что-то вынюхивала о своей жизни там. А что касается того, кого осудили — это будет спойлером только в том случае, если этот человек действительно совершил преступление.

— Так кто это был?

Он помедлила, а затем произнес:

— Селим Авад был осужден за убийство своего зятя и юной ассистентки доктора Грея, которую он задушил в туннеле. Неделю спустя она скончалась от полученных травм.

Воздух застрял у меня в легких.

— Меня. Его осудили за мое убийство, из-за чего он автоматически стал выглядеть и убийцей сэра Аластера.

Папа кивнул.

— Экономка дала показания, что вы вдвоем отправились в туннель, услышав, что Селим крал артефакты у своего зятя.

Миссис Уоллес дала показания. Значит, она выжила.

Отец продолжал: