— Леночка! Доброго тебе деньку, — пропела баба Зоя.

— Добрейшего! — кивнула баба Дуня, — А что ж это ты, родная, такая бледная да худая? Аки не евши, не спавши? Глаза-то — вон какие круги!

Я вздохнула: все мои мысли были о Дане… Нужно сосредоточиться, Лена, нужно работать.

— Так прорыв, баб Дунь, когда там спать, — ответила я, стараясь улыбнуться. — Вам капельки от головы, баб Зой? А вам мазь от коленок, баб Дунь?

Бабушки в такт кивнули. Так, мазь от коленок уже настоялась, а вот капли от головы… Ингредиенты есть, но придется смешать.

— Ой, Слуд-то наш… ходит злой, раздраженный, — поджала губы баба Зоя, пока я намешивала ей капли от головы. — На нас вот наорал.

Как там Дан? Неужели действительно как был, не лучше? Но ведь какие-то улучшения должны быть. Может, Слуд плохо смотрел?

Я снова вздохнула, пытаясь сосредоточиться.

— Так прорыв, — пробормотала я, отсчитывая ровно десять капель коры березянки. Рука предательски дрогнула — капнула одиннадцатую. Пришлось вылить и отсчитывать заново. Слуд бы точно такого не одобрил… — Он главный лекарь, устал.

— Он всегда такой, Леночка! — тут же вступила баба Дуня и даже языком цокнула, — Все орет, недовольный, зыркает по сторонам, как голодный волк. А все почему? Бабы у него нету! Вот и ходит — злой, как черт. А сам на нашу Ленку смотрит, да никак не отважится подойти…

Я отсчитала ровно двадцать капель глушника, замерла, нахмурилась. Смысл слов дошел не сразу — а когда дошел…

— Баб Дунь… вы, должно быть, обознались! — выпалила я и почувствовала, что мне аж нехорошо стало от этих предположений.

— Не обозналась! — отрезала баба Дуня. — Может, я уже и старая, а как мужик на девку глаз ложит — за версту вижу. А лекарь наш на тебя так смотрит, что глаза выпадут!

— Да нет же… нет! Вам точно кажется, — пробормотала я. Подумать только — кто? Слуд? Да он просто… просто вечно мной недоволен, вот и смотрит так!

— Ай, прекрати мелить-то, старая! — вступилась баба Зоя, даже локтем соседку толкнула. — Нужен нашей Лельке этот лекарь? Она вон какая баба видная! Все при ней! А лекарь наш — тощий да злобный. Лельке нашей нужен генерал! А лучше — маршал! А у нас тут, поговаривают, маршал как раз и лечится! Вот это жених так жених!

Я чуть пузырек не выронила. Схватила обеими руками, замерла на мгновение, закрыла глаза. Глубоко вдохнула. Выдохнула.

— Баб Дунь, баб Зой, — сказала я наконец, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Для вас капли. Для вас мазь. — Протянула лекарства, — Как принимать, то помните? От головы три капли. А мазь на ночь наносите и втирайте хорошенько, чтоб прямо горело.

Бабушки одобрительно закивали.

Иногда я очень хорошо понимала Слуда. Работать, когда вот так говорят под руку, очень сложно. Особенно когда обсуждают… всякое. Неуместное. Жених… маршал… Боги, да какой из него жених! Выжил бы! Он... Выживет! Точно выживет! И… к жене пусть едет. Так правильно, чем быстрее, тем лучше. Главное, чтобы не проснулся пока я здесь.

В этот момент дверь скрипнула. В приемную вошел Слуд.

Он посмотрел на меня. Я… отвела глаза.

Нет, он смотрел как обычно — с вечной тенью недовольства. Но ох уж эти бабушки со своими разговорами… Теперь точно сутки на него смотреть не смогу.

— Как тут? Все сделала? — спросил он, окидывая столик быстрым взглядом.

— Да… все… — ответила я и тут же хотела спросить про дракона, но Слуд меня опередил.

— Хорошо. Ступай к дракону.

Я застыла.

— Ему что… плохо? — вырвалось у меня, и внутри все похолодело.

— Тяпун тебе на язык, Лена! — рявкнул Слуд, даже бровь дернулась. — Нормально ему, дрых… спит еще. Как и спал. Там это… генерал-Берсек пришел. — Он поморщился, потер переносицу. — Хочет знать, что с его маршалом. И… это… ты его лечила. Тебе и отвечать.

Я почувствовала, как внутри что-то сжалось в тугой комок. Генерал Берсек? Когда Данияр служил, я ведь видела некоторых его сослуживцев. А вдруг… вдруг знакомый?

— Ой, сколько генералов, маршалов-то у нас! — подала голос баба Дуня. — Наверное, женихи-то видные... Ты, Ленка, в оба смотри!

— Мне… не нужен… У меня ребенок, — не выдержала уже я. Но слова подруги подхватила баба Зоя:

— Раньше, знаешь, как баб выбирали? Если одного родила — хорошая, рОдная! Еще родит…

— Ну-ка, цыц! — рявкнул Слуд, и бабушки разом притихли, только глазами заморгали. — Вам лекарство сделали — вот и идите. Не мелите языком попусту! — Он перевел взгляд на меня. — И ты, Лена, иди. А то развели тут… Генералы ждать не любят. Так что ступай давай, не тяни.

Глава 14

Я вошла в палату, и взгляд тут же скользнул к Дану. Он все так же лежал на кушетке: грудь медленно вздымалась, а черные полосы на боку… Нет, они не пропали. Наоборот, будто стали ярче. Мне ведь кажется, правда? Ему не могло стать хуже. Он шел на поправку и должен был уже проснуться!

— Вы… берегиня? — услышала я вопрос и вздрогнула от незнакомого голоса.