Я опускаю глаза на сестру и выдавливаю из себя улыбку. По крайней мере, она стремится помочь. Она — наибольшая причина того, почему я вообще решился заняться этим курортот. У меня есть семь ночных клубов в Южной Калифорнии, но клубная жизнь начинает мне надоедать. К тому же она заполнена тусовщиками. А меня тошнит от тусовщиков. Я готов к высококлассным отелям и высококлассным посетителям. К людям, которые тратят много денег, и не на выпивку. Они тратят тысячи долларов на спа-процедуры на курортах и поля для гольфа.

Но земля в Сан-Диего стоит дорого. А здесь земля практически ничего не стоит. Я потратил много денег на строительство этого курорта, и будь я проклят, если позволю проекту потерпеть неудачу.

— Отлично, — говорю я, убирая руки Клодетт с моей руки. — У нас встреча сегодня в шесть вечера, мисс Рокуэлл. Я познакомлю вас с другими кандидатами, а потом мы обсудим, каким образом вы могли бы внести свой вклад.

И только после того, как эти слова слетают с моих губ, я понимаю, что собирался посадить ее на самолет до Род-Айленда сегодня вечером. Ну, возможно, встреча будет совсем короткой? Возможно, у кого-то из двух мужчин наверху появится блестящая идея, и я смогу покончить с этими собеседованиями?

Ничего не говоря, просто разворачиваюсь и иду обратно в свой кабинет, горя желанием выяснить, где, черт возьми, находится Уэстон Конрад, чтобы я мог ему сказать о том, что его план, касающийся Мистера Сводника — дерьмо.

Глава 4

Айви

— Клодетт, — представляется Клодетт Делейни, и мне требуется несколько головокружительных минут, чтобы понять, что она — его сестра, а не жена. Пить в самолете было плохой идеей. У меня туман в голове, и я чувствую, что очень устала. Мне определенно не помешало бы вздремнуть. Только чересчур сладкие духи Клодетт не дают мне сделать это прямо сейчас.

Но каждая из комнат, которые мне показывала Клодетт, оказывается незаконченной. В одной не доделана ванная комната, в другой нет кровати. Еще несколько, на противоположной стороне главного бассейна, заполнены рабочими-строителями.

— Ладно, — говорит Клодетт немного раздраженно. — У нас есть несколько комнат в семейной части отеля.

— Семейная часть?

— Да, отдельная территория отеля, которой мы сейчас пользуемся. Когда курорт откроется, там будут роскошные бунгало, но я не хотела бы селить тебя слишком близко к Нолану. Поверь мне, с ним не очень-то весело находиться рядом, Айви, — вздыхает Клодетт. — Но, очевидно, у нас нет выбора. Я постараюсь побыстрее закончить какую-нибудь другую комнату, и ты переедешь туда. Но просто чтобы все прояснить, ты ведь подписала договор о неразглашении, верно?

— Да, — отвечаю я, чувствуя себя неуютно. — Подписала.

— И ты же понимаешь, что все, что увидишь или услышишь, во время своего пребывания тут, никому и никогда нельзя рассказывать?

— Конечно.

Клодетт останавливается и смотрит на меня.

— Мне нужно более уверенное подтверждение, Айви Рокуэлл. Мы здесь не в игрушки играем. Ничего. Ничего из того, что ты увидишь или услышишь — нельзя никому рассказывать, или наша семья подаст на тебя в суд. Мой отец совсем не заинтересован в новых правовых спорах. И хотя у них с Ноланом были свои разногласия, он не допустит того, чтобы имя Делейни снова вываляли в грязи.

— Я понимаю, — говорю я со всей уверенностью, на которую способна. — Правда. Не скажу ни слова, обещаю.

— Оʹкей. — Клодетт расслабляется, и я вижу, как напряжение покидает верхнюю часть ее тела. — Мне бы очень хотелось, чтобы именно женщина помогала мне с курортом, но у Нолана очень плохая репутация с менеджерами женского пола. Так что твои шансы получить эту работу — невелики.

— Что? — У меня вдруг вспотели руки. — Что ты имеешь в виду?

— Он любит трахать своих подчиненных, Айви. Последняя подала бы на нас в суд, если бы не подписала арбитражное соглашение при найме. Другими словами, Нолан думает только своим членом. Держись от него подальше. Ни при каких обстоятельствах не оставайся с ним наедине. Я имею право решать, кто получит эту работу, так как руководила этим проектом с самого начала. И если узнаю, что вы с Ноланом замешаны в каких-нибудь «шалостях», то ты вылетишь обратно следующим же рейсом.

Я с трудом сглатываю и киваю. Что же за человек этот Нолан Делейни? Возможно ли, что все те обвинения были правдой?

Молча, мы возвращаемся через внутренний двор, где находится большой бассейн, а затем минуем забор, который ведет к частной дорожке с маленькими бунгало, которые выходят на другой, более уединенный бассейн. Их около полудюжины. Клодетт останавливает меня перед последним, указывая на него.

— Ты можешь остаться здесь, пока не будет готова другая комната.

— Ух ты, — говорю я, когда она открывает дверь и подает мне знак, чтобы я проходила. — Очень симпатично.

— Вот и хорошо. Я живу в соседнем домике, а Нолан в первом, мимо которого мы только что прошли. Ты настолько далеко от него, насколько у меня получилось это сделать. Но не волнуйся, я буду рядом.

— С чего мне волноваться?

— Я же говорила, — произносит Клодетт. — Нолан может подкатить. Если это произойдет, ты должна сказать ему «нет», а затем немедленно уведомить меня, чтобы я могла взять ситуацию под контроль.

— Он может попытаться?.. — Я даже не могу произнести это слово.