- Взамен, - продолжила она, не отводя взгляда, - я хотела бы получить три запоминающихся и страстных ночи.

В этот момент я поднял бокал, отпил, не сводя с нее глаз.

- Вы, наверное, знаете, что мой муж считает меня невинной. - добавила она, понизив голос. - Поэтому обо всем, что здесь произойдет, вы должны молчать.

Я кивнул. Меня все устраивало.

Тогда женщина протянула мне мешочек и прошептала:

- Ну что ж… Приступим?

Я снова кивнул. Хотя внутри меня все протестовало. Спать с женщинами за деньги… Как низко я пал, - пронеслось в голове. Но тут же проснулся внутренний голос: Ты и с женой спал исключительно ради приданого. Что изменилось?

Отставил бокал, потер виски. Действительно, чего это я?

Встал, налил еще вина, поднес бокал к губам графини. Женщина улыбнулась и расцвела, наклонилась ко мне, обвила шею руками.

- Я очень люблю, когда мужчина снизу, а я сверху, - прошептала она.

- Ну уж нет, - произнес я. - Ты будешь делать то, что я скажу, и так, как я захочу.

Резким движением развернул ее, надавил на затылок, заставляя прогнуться, опереться руками на стол, оттопырив свой зад. Задрал подол платья, обнажая красивые ягодицы, но… остановился.

Что‑то было не так.

Обычно мне нравилась эта поза, но сегодня что-то не ладилось. Я посмотрел вниз на себя и застыл.

Почувствовав заминку, графиня вырвалась из захвата. Смотря на меня томным взглядом, облизала призывно губы и прошептала: я очень многое могу… Вот увидите, ночь со мной станет для вас приятным открытием, Хитем.

Я же молчал, потрясенный тем, что ничего не произошло.

Тем временем она опустилась передо мной на колени, начала развязывать шнуровку на штанах, сама. целуя при этом бедра, нежно лаская меня. Когда штаны упали вниз, уверенно взяла мое мужское эго в свои руки. Начала уверенно водить вверх‑вниз...

Раньше это меня возбуждало. Но сегодня все определенно идет не так! Я ничего не испытывал, а потом меня добил ее шепот, вернее слова, которые графиня бурчала себе под нос:

- Такое дорогое ожерелье отдала, а глазу не за что зацепиться…

Кровь прилила к лицу. От ее слов я побагровел. Руки чесались выкинуть ее за порог, за шкирку. Подумаешь, дракон решил затаиться в пещере и не вылазить на свет. Видимо дева плохо старалась. Давай, лучше старайся, выманивай его на живца.

И тут графиня ускорила темп, а я закрыл глаза, пытаясь расслабиться и получить удовольствие. Попытался представить что‑то приятное – не удалось. И вдруг вспомнил про панталоны, висевшие на веревке у меня в ванной.

У вдовы ведь не было сменного платья. Если ее одежда сушится, включая белье, то в чем она сейчас? Ни в чем… И где тогда она ходит?!

Из размышлений меня вырвал громкий женский радостный крик:

- О‑охх, а наш дракон проснулся!!!

Только мне сейчас было не до нее. Резким движением натянув штаны, я бросил ей ожерелье и торопливым шагом вышел из комнаты...

За пару минут преодолел лестничный пролет. Ускорив шаг, рванул дверь на себя в свою спальню. Сердце громко билось в груди...

Перед дверью в ванную помедлил, но тут же взял себя в руки. Надавил, срывая засов.

Передо мной стояла вдова, в моей рубашке на голое влажное тело...

34. Люся

Когда я поняла, к чему привел разговор с владелицей публичного дома, я испугалась, что дракон разнесет весь дом, а меня точно прибьет.

Поэтому стоило мне выйти из кареты, сразу метнулась прочь, едва не сбив с ног Управляющего замком. Мне срочно нужно было спрятаться, быстрей. До тех пор, пока дракон не остынет.

Для этого выбрала библиотеку, где, судя по толстому слою пыли на стеллажах, дракон практически не бывал или бывал очень редко. Долго стояла в напряжении, прислушивалась, но не было слышно ни криков, ни звона разбитой посуды, ни грохота ломающейся мебели, ничего!

Возможно, дракон оказался благоразумнее, чем я о нем думала. Тем более, если рассудить, я ничего плохого особо и не сказала. Всего лишь, что у дракона болезнь, обострившаяся после травмы. Повышенное влечение к женщинам. Ему надо совокупляться несколько раз в день.

И что не дело, наживаться на болезни барона. И если мадам Жоззи не вернет разницу между обычной ценой за вызов ... своих дам, то я пожалуюсь на нее в профсоюз по защите драконов.

Признаюсь, в тот момент я гордилась собой. Тем, что смогла получить обратно деньги и у меня больше не было долга перед бароном.

Так я и провела всю ночь в библиотеке - в тишине, среди старых книг, никто меня не нашел. Но утром я услышала осторожный стук в дверь, затем раздался тихий мужской шепот:

- Леди, это управляющий Харни.

Я удивленно подошла к двери, распахнула ее. На пороге стоял управляющий - добродушный пожилой мужчина с мягким взглядом. В руках он держал поднос, на котором лежали пару булочек и стакан с горячим отваром.

- Завтрак получился скромным, - тушуясь, пояснил он. - Никто не хочет идти на место кухарки.