Я наклонилась ближе к ней, понизила голос, оглянувшись на барную стойку. Ник и Алекс увлеченно спорили с работником о сортах кофе, они нас точно не слышали.

– Вчера вечером звонила его мама, – начала я шепотом. – Она позвала нас к себе на эти выходные. Нас двоих вместе с ночевкой. Мы едем туда в качестве настоящей пары. Ты понимаешь масштаб трагедии? Мы будем сидеть за семейным ужином, она будет смотреть на меня совершенно иначе.

Катя искренне непонимающе вскинула брови.

– И что тут ужасного? Радуйся удаче. Сама ведь рассказывала, что Елена отличная женщина. Она всегда тебя поддерживала и любила. Она же тебя с детства знает, ты у них дома пропадала сутками.

– Вот именно! – простонала я, зажмурившись. – Она любила девчонку из соседнего двора. Она привыкла видеть во мне пацанку, которая таскает растянутые вещи ее сына, подшучивает над ним и постоянно влипает в разные истории. А теперь я приеду к ним в гости в официальном статусе его девушки. Я не умею готовить, не ношу платья, не умею вести себя сдержанно. Я боюсь разочаровать их всех. Вдруг она посмотрит на меня и решит, что Нику нужна нормальная и правильная невеста?

Катя закатила глаза. Сняла очки, протерла их салфеткой и вернула на место.

– Морозова, ты просто непробиваемая идиотка, – спокойно произнесла она. – Я думала, мы закрыли этот вопрос, но ты снова лезешь в свой защитный бункер. Зачем ты придумываешь проблемы там, где их нет?

– Я никуда не лезу. Я объективно оцениваю ситуацию, – буркнула я, виновато опустив глаза на столешницу. – Просто я не подхожу на роль идеальной невестки.

– Ты оцениваешь свои выдуманные страхи, – отрезала Катя. – Посмотри на себя. Ты умная и смелая девчонка. Ты берешься за скандальные статьи, не боишься спорить с деканом. Почему ты пасуешь перед мамой своего парня? Ник смотрит на тебя так, словно ты восьмое чудо света. Его родители не слепые, они прекрасно все видят и знают тебя всю жизнь. Им не нужны сюрпризы в виде гламурных кукол с наклеенными ресницами, которые боятся сломать ноготок.

Я упрямо молчала. Ее слова били точно в цель, но моя неуверенность отчаянно сопротивлялась здравому смыслу. Мне казалось, что как только мы переступим порог того дома, мама Ника посмотрит на меня и разочарованно покачает головой.

– Прекрати строить из себя жертву, Лиза, – продолжила Катя. Она накрыла мою ладонь своей рукой. – Ник выбрал тебя, а не картинку из журнала. Он выбрал тебя со всеми твоими заскоками и джинсами. Если ты начнешь притворяться кем-то другим, то обманешь его, его семью и саму себя заодно. Будь собой, это твое главное оружие, ты меня поняла? Ник любит тебя настоящую, его мама тоже любит тебя настоящую. Хватит сомневаться в себе.

Я медленно кивнула, Катя всегда умела вправлять мозги лучше любого психотерапевта. Ее жесткий тон странным образом успокаивал. Я почувствовала, как ком в горле рассосался, а страх начал отступать.

– Я все поняла, – тихо ответила, вытирая несуществующую слезу в уголке глаза. – Спасибо тебе, Кать. Ты всегда находишь нужные слова. Ник меня тоже подбадривал, но твои слова помогают лучше.

– Это моя будущая профессия, – самодовольно улыбнулась она, поправляя воротник блузки. – А теперь сделай лицо попроще, наши рыцари несут добычу.

Я обернулась назад. Ник и Алекс шли к нашему столику, Алекс нес поднос с кружками и тарелками с выпечкой, а Ник шел рядом. Я смотрела на него и чувствовала, как внутри разливается приятное тепло. Катя была права, мне нечего бояться, пока он рядом со мной.

Когда Ник подошел к столу, он заботливо поставил передо мной кружку с горячим капучино и тарелку с лимонным кексом. Я сидела тихо, мои пальцы смущенно теребили край рукава. Недавний боевой настрой улетучился, оставив после себя лишь мягкую беззащитность и легкую усталость от собственных переживаний.

Он сел рядом со мной на диванчик. Не стал сразу пить свой кофе, а повернулся ко мне. Его карие глаза внимательно изучали мое лицо. Он заметил мое смятение, но не стал задавать вопросов при друзьях. Просто поднял руку и осторожно, с нежностью, убрал непослушный локон с моей щеки, заправив его за ухо. Я замерла, боясь разрушить этот момент.

Наши взгляды пересеклись. Шум кофейни, звон посуды, смех за соседними столиками, бас Алекса и стук кофемашины отступили на второй план. В его глазах было столько любви, что я мысленно сходила с ума. Мне не нужны были слова, чтобы понять его чувства. Забота и прикосновения говорили красноречивее любых признаний. Я робко улыбнулась ему в ответ, чувствуя себя абсолютно счастливой и защищенной.

Алекс намеренно громко кашлянул, бесцеремонно нарушая нашу идиллию.

– Кажется, мы тут лишние, – посмеялся он, подсев ближе к Кате. Я уже замечала подобные мелочи. Катя, уверена, тоже. Алекс определенно засматривался на нее, пусть и молчал.