– Говорят, какие-то люди повесили одного адвоката, – рассказывал Гумхильд, косясь на генерала. – И то были совсем не разбойники. Город о том только и болтает.

– Я думал, город болтает о визите принца. Ну хорошо… А откуда же вы знаете, что не разбойники? – поинтересовался Волков.

– Разбойники не вешают, разбойники режут, или головы проламывают, – объяснял сенатор. – Да и не взяли у него ничего, хотя в комнате был ларец с деньгами. Да и откуда у нас взяться таким лихим разбойникам, чтобы не стеснялись ночами врываться в дома честных людей? Таких у нас давно не было.

– М-м… – понимает генерал. – Не было давно? А что же болтают люди насчёт этого дела?

– Много чего болтают, но больше всего… люди волнуются, – замечает Гумхильд.

– Людям свойственно волноваться, – говорит ему генерал и добавляет: – Особенно тем, за кем водится всякое недоброе.

На это сенатор только покивал головой: ну да. Ну да…

«Люди волнуются, – барон ехал домой и размышлял обо всём услышанном. – И пусть. Тише будут себя вести».

Он, конечно, не был в том доподлинно уверен, но, кажется, его послание дошло до тех, кого в городе считали партией Маленов. «Главное, чтобы они забились под камни и не устроили чего во время визита принца!».

***

Принца он поехал встречать лично. С ним были Брюнхвальд, Рене и Роха. А также пятьдесят лучших солдат и пятьдесят мушкетёров Эшбахта во всей своей красе. Ещё с ними выехал из города капитан Вайзен с пятью дюжинами лучших горожан о конях. Все ехали со флагами, впереди шли трубачи и барабанщики.

Свита принца вся уместилась в девяти каретах, из охраны с ним было два десятка кавалеристов. Дальше тащились телеги со скарбом и слугами.

Когда встреча состоялась, все остановились и Волков, спешившись, подошел к карете принца, чтобы его приветствовать, молодой человек, к неожиданности для всех, выпрыгнул из кареты и, нарушая протоколы, обнял генерала.

– Ах, барон! Наконец-то мы сюда добрались!

Это было на глазах у многих. А ещё Георг Альберт поздоровался с фон Готтом самым дружеским образом, протянул руку:

– Фон Готт, и вы здесь?!

Оруженосец сиял! Два молодых человека были явно рады видеть друг друга. А из кареты выглядывал и Годфруа де Вилькор.

– Господа, охота вам обниматься тут в жаре да пыли? Принц, зовите барона в карету, там и поговорите, и поехали уже!

И Его Высочество тут же поддержал своего товарища:

– И вправду, барон, садитесь к нам.

Волков не стал перечить и уселся с молодыми людьми.

– Барон, знали бы вы, как нам осточертело всё это! – сразу начал Георг Альберт. – В каких только дырах мы не побывали! Я объездил все захолустья от Вильбурга и до Малена.

– Да уж, – поддержал его Годфруа Эрнст Алоиз де Фрион граф де Вилькор. – От дурной еды мы даже чесаться начали.

Волков улыбался, разглядывая этого красавца, кивал ему, а ещё удивился тому, как тот хорошо выглядит для человека, что провёл в разъездах целый месяц; кажется, граф был посвежее принца. И платье у него было менее пыльным.

– А эти скучные приёмы, а глупые подарки! – продолжал принц. – Вы бы только видели, какой дряни мне понадарили.

«Ну что ж, будем надеяться, что три тысячи талеров, что выделил принцу в подарок Мален, его не разочаруют!».

– А вы бы видели, в каких нарядах встречали нас провинциальные дуры, – смеялся граф.

– О Господи, барон! – сразу поддержал его Георг Альберт. – Это надо было видеть.

– Господа, – Волков тоже смеялся, – вы должны быть снисходительны, не все же имеют доступ к последним веяниям, что царят при дворе. Уверен, что многие из тех, кто вас встречал, и вовсе не бывали в столице.

– Да-да… Мы понимаем. Мы пытались, пытались быть снисходительными, барон, – уверяет его де Вилькор, – но иногда это было выше наших сил.

– Не смеяться над ними было просто невозможно! – со смехом рассказывал генералу принц. – Господи, а если бы вы знали, чем нас всё это время поили!

«Шалопаи!».

И вот с ними в одной карете он ехал до самого Малена, слушая их рассказы и весёлые жалобы. Он смеялся вместе с ними и добавлял свои остроумные замечания. Так они и въехали в город. Тут уже люди вышли на улицы встречать Его Высочество, и принцу пришлось заняться своими непосредственными обязанностями, а именно выглядывать в окошко кареты, махать людям, высыпавшим на улицу, ручкой и улыбаться им.

Так их довезли до дворца Кёршнеров, где принц продолжал работать. Он терпеливо улыбался, когда генерал представлял ему хозяев дома, а также семейство Фейлингов и ещё два десятка дам и господ из тех, которых генерал считал своими. Уже был накрыт лёгкий обед из страсбургских и других мясных, рыбных и сладких пирогов и лёгких вин, чтобы Его Высочество мог слегка перекусить с дороги, но не сильно наедаться при этом, потому что его ждала месса. И как только гости перекусили, кавалькада карет поехала в центр города, в кафедрал, на праздничную мессу.

Глава 11