– Именно так, господин.

– И ты понимаешь, каков должен быть порядок и чистота и в вещах, и в доме?

– Именно так, господин.

– Мне сказали, что ты знаешь травы, что ты работал в аптеке.

– Да, господин, мой дядя – приказчик у аптекаря Фойзерта, я состоял при нём с одиннадцати лет, мы собирали, сортировали и сушили травы, я сам делал сборы для питья от разных болезней. Знаю, как делать мази от распухших суставов. Я записывал заказчиков и адреса, разносил заказы, вел книгу продаж и расходов трав.

– Значит, ты грамотен, – он покивал юноше. Это генералу подходило, иной раз вечером хотелось как-то отвлечься от дел и полистать книгу, но глаза уставали уже через час чтения. Но у него были и другие вопросы. – А ездишь ли ты верхом?

– М-м… Скорее нет, господин, – замялся Петер. Но тут же нашёлся, что добавить: – Но я справляюсь с повозкой, знаю, как обходиться с мерином или мулом, господин. Много раз выезжал за город один.

– Какое-нибудь белое оружие? Аркебуза? Арбалет?

– Боюсь, что нет, господин.

– Ладно… Хорошо, – генералу парень понравился. – Я возьму тебя к себе – если ты не боишься переездов, конечно.

– Я не боюсь дорог, господин, – заверил барона молодой человек, – наоборот, я никогда не уезжал из Малена и хочу повидать другие места и города.

– Повидаешь, – обещает Волков. – Гюнтер, возьми денег из тех, что на расходы. Купи ему приличную одежду, пусть она будет синих цветов. А ты, – теперь генерал обращался к Петеру, – будешь учиться у старшего, полгода твоё жалование будет два талера в месяц. А там будет видно.

– Благодарю вас, господин, – парень кланялся генералу. – Благодарю вас.

– Ступай, – старший слуга хотел выйти с ним, но генерал его окликнул: – Гюнтер!

– Да, господин.

– Вот что… – Волков чуть подумал. Вчерашний ночной разговор только добавил ему подозрительности, а тут новый человек, – ты ещё купи себе ларь под мои лекарства, а то ты, как знахарка деревенская, держишь их в корзинке.

– Так. Купить ларь, – повторил слуга. – Полагаю, ларь вы хотите на ключе?

– Конечно же на ключе, зачем нам ларь без ключа? Хочу, чтобы к моим лекарствам ни у кого, кроме тебя, не было доступа, – подвёл итог генерал.

– Понял. Значит, мальчишке хорошую одежду синего цвета. А себе куплю ларец с замком под лекарства, – произнёс слуга; но прежде чем уйти, он уточнил: – Купить ему берет из бархата? – он специально это спросил. Бархатный берет синего цвета мог стоить дорого.

– Да, и хорошие башмаки, – закончил этот разговор генерал. – Позови сюда Ежа.

Ежа он пригласил за стол. И тот стал рассказывать ему про адвоката Бельдриха:

– Он не один, этот Бельдрих, зовут его Диоген, вокруг него их там целая банда, этих бумажных душ, а он у них главный; старик толстый, он глава гильдии, он утром из дому вышел, а его уже три человека ждут, у него одних секретарей две штуки, я только начал, экселенц, но уже понятно, утром встаёт рано и почти сразу в суд едет, у него карета своя. Он на ней и едет. Все остальные с ним. Я уходил, он там был.

Этого генералу было мало, хотя, в принципе, ещё из ночного разговора он сделал для себя выводы. Но то, что рассказал ему сенатор Гумхильд, ещё нужно было подтвердить. Проверить. Честно говоря, он не доверял этому ловкому сенатору, который так хорошо разбирается в веяниях времени и так своевременно меняет сторону. Но с другой стороны, Альмстад, сколько бы ни следил за толстым стариком, не смог бы подтвердить, что Бельдрих – ключевой человек Раухов или Гейзенбергов, их юридическая опора в Малене. Для этого барону нужны были иные способы.

«Тут мне потребуется Сыч».

Он всё ещё слушал Ежа, но уже прикидывал свои ближайшие шаги. И размышлял над тем, когда их нужно предпринять: сейчас, немедленно, или подождать, пока принц покинет город. После нелёгкой ночи, после бесконечной череды плохих мыслей и страхов за близких сердце требовало немедленных действий. Действий самых решительных. Но генерал всю жизнь старался держать свои чувства в кулаке и теперь не собирался изменять себе.

«Нет. Не буду торопиться. Несколько дней ничего не решат».

И он уже готов был сказать Ежу, чтобы тот продолжил, но тут двери в его покои распахнулись… И в них появился хозяин дома.

– Дорогой родственник! – Дитмар был мокр, лицо его покраснело от непривычных для него волнений и спешки, и уже одно то, что он ввалился в покои Волкова без доклада, говорило о необычности ситуации.

– Что такое?! – Волков встал. Вместе с ним встал и Альмстад.

А Кёршнер и вымолвил ему, почти выкрикнул:

– Принц. Принц едет!

– Да где же?

– Так утром со свитой был в Хуккинге!

Генерал знал это место, три часа езды на север в сторону Вильбурга. Он сам пару раз останавливался в том городишке, там был сносный трактир.

Волков потряс головой.

– Не может того быть! Он обещал мне писать! Я вчера был на почте, не было от него вестей!