Я достаю свой любимый нож из сумки. Мне это нужно сегодня. Кровь, грязь, беспорядок и сырость. Сначала вонзаю нож ему в бедро. Он визжит, как маленькая девочка, и я улыбаюсь, видя, как красное пятно расползается по его дизайнерским джинсам. Мой пульс учащается. Его глаза полны ужаса, но ужас всё ещё жив. Я только начинаю, парень. Я вонзаю нож в мягкую плоть его бока, чуть ниже рёбер, убедившись, что попал по органам как следует. Он снова визжит, и потом это проходит — борьба, жизнь в его глазах угасает, и он тихо умоляет меня просто убить его. Так я и делаю. Я наношу два глубоких удара ножом прямо между рёбер в его сердце. Кровь растекается по его белому стерильному полу, и я перешагиваю через неё, чтобы взять свою сумку. Я слышу приглушённые рыдания девушки в ванной. Наверное, она думает, что я собираюсь убить её. Я убиваю только тех, за кого мне платят, никаких дополнительных жертв. Это единственный способ контролировать себя, чтобы не убивать каждого, кого встречаю на пути. Это должна быть просто работа.

Я звоню Каллуму из машины; он сразу отвечает, как всегда. 

— Роуэн. Работа сделана? Ты послал кого-то? — Мы немного повздорили об этой работе ранее, я сказал, что пошлю кого-то другого сделать это. — Сделано. Я сделал это. Я снова в деле, Каллум. — Он молчит; я знаю, что Каллум на том конце, но не знает, что сказать. Он пытался помочь мне последние несколько месяцев, пытался понять, что я делаю. Но в глубине души он знал, что это медленно убивает меня. 

— Спасибо, Роуэн. — Это всё, что я слышу, прежде чем он вешает трубку. Последнее время наши отношения напряжены. Я знаю, что он в каком-то бедственном положении, но он продолжает это отрицать и продолжает бизнес как обычно. Я слишком хорошо его знаю, чтобы позволить этому сработать, и постоянно указываю ему на это. Сегодня он бросил мне это в лицо и назвал меня на мои проблемы. Забавно, что и она, и он сделали это в один день. Может быть, они в сговоре?

Теперь я хочу вернуться домой к Лаури. Я всё ещё не могу поверить, что она станет моей женой. Убийство этого молодого дурака восстановило мой баланс, починило меня. Я больше не на грани. В следующий вторник я женюсь на хорошей женщине — что-то, о чём всю жизнь клялся, никогда не произойдёт, — и я стану отцом. Сегодня я увидел своего ребёнка. Я не так сломан, как думаю; мне кажется, я наконец-то цел.

Я отправляю Робину сообщение, чтобы он знал, что завтра я приду. В моей груди жжёт при мысли о том, как его игла вырежет новое число в моём сердце, и я чувствую удовлетворение и спокойствие, которое мне необходимо.

Я принимаю душ в своей старой комнате, когда прихожу домой. Не хочу заносить кровь и грязь своей работы в нашу комнату. Горячая вода смывает весь день, когда чувствую, как её руки обвивают меня сзади, а её обнажённое тело прижимается ко мне. 

— Добро пожаловать домой, Роуэн. Я скучала по тебе, — говорит она, её губы прижаты к моей спине, мягкие, сладкие и полностью мои. Её голос сочится желанием, страстью и потребностью. Её заводит то, что я только что убил кого-то, и это чертовски горячо. Она любит меня, целиком, она понимает, что это я, и все равно хочет меня. Хорошее вместе с плохим, принимая, что плохое никогда не исчезнет.

Я люблю её. И, чёрт побери, я люблю нашего ребёнка.

Второй раз за день я беру её жёстко. Я поднимаю её сладкое тело и трахаю её, прижимая к стене душа. Она кричит моё имя и царапает мою кожу. Всё идеально. Впервые в жизни у меня есть всё, ничего так не хватало.

Глава 39

Лаури

«Все, чего я хотел с тех пор, как во мне начали расти кости, — это познать любовь, а ради любви познать и себя».

~ Кристофер Пойндекстер

В прошлый вторник я вышла замуж за монстра, за плохого человека, за человека, который не находит оправданий тому, кем или чем он является. Я люблю его, я люблю монстра, и больше, чем мне хочется в этом признаться, я люблю убийцу. Темная сторона Роуэна — часть его самого, он пытался избавиться от нее, и это суть не разлучило нас. Я никогда больше не позволю ему выбирать между тем, кто он есть, и нами, я буду любить его всего, пока жива. Именно так, как я обещала ему, стоя на нашем винограднике перед двумя нашими друзьями. Каллум не пришел на нашу свадьбу, я знаю, что это глубоко задело Роуэна, я была просто в ярости из-за него, и никто не расскажет, почему его там не было и что с ним происходит, так что я знаю, что это совсем не к добру.

Мы не уезжали в свадебное путешествие, Роуэн не был в восторге от того, что я путешествовала во время беременности, и я должна признать, что вполне счастлива просто быть здесь, дома, вместе с ним. Следующие две недели, пока сижу здесь и составляю меню для кафе, я смотрю на виноградники и думаю о том, как все изменилось. Как я ожила, как я вышла замуж. На этот раз настоящий брак, без мести или оскорблений, без покаяния, только любовь. Я почти уверена, что мой отец знает, что теперь я наконец счастлива, но не уверена, что если бы он мог вернуться и убить Роуэна, он бы это сделал на самом деле.

Пытаюсь сосредоточиться на предстоящей работе и на том, чтобы довести ее до конца, но мои мысли заняты другими вещами, поэтому я прерываюсь, чтобы открыть почту, которую забрала из отдела недвижимости ранее. Это все повседневные дела: счета, не интересная почта и накладные для кафе. Я открываю конверт в середине стопки, адресованный лично для меня. Сначала не понимаю, на чье имя он адресован, просто начинаю читать. Не успеваю зайти далеко, как меня начинает тошнить, и это не из-за ребенка. Мое горло сжимается, а глаза наполняются кровью, я понимаю это еще до того, как дочитываю до конца.