Ее глаза вылезли на лоб из ее милого личика из-за моего грубого тона. Я ненавижу общаться с людьми и избегаю такого дерьма по возможности.

— Это машина за миллион рандов, сэр, вы уверены? — Продавщица Барби зашипела, не зная, воспринимать меня всерьез или нет. Она откидывает волосы на плечо, выпячивая свою пышную грудь, и бросает на меня взгляд. Глупая женщина, ей не нужно флиртовать, она уже совершила продажу, но, очевидно, так она совершает все остальные. Мне нравится то, что я представляю, — ее в этой машине.

— Ваш стол, юная леди? — Я поднимаю на нее брови, ожидая, когда она начнет действовать, у меня сейчас нет времени на всякую ерунду.

Я следую за продавщицей Барби к ее маленькому столу в углу и вижу, как другие продавцы смотрят на нее; их перешептывания явно говорят о насмешке над ней, как будто она не могла продать эту машину никому, не говоря уже обо мне. Я имею в виду, что парень, одетый как я, с грязными волосами, покрытыми татуировками, проступающими сквозь рубашку, не может купить машину за миллион рэндов. Ублюдки.

— Это наличная сделка, милая, дай мне данные счета и свой ноутбук, чтобы я мог заплатить тебе, пожалуйста. — Я говорю это так громко, как только могу, чтобы поднять настроение ее коллегам. О, и это действительно так, один даже пролил свой кофе. Внешность бывает обманчива, придурки.

— Держите, сэр, — она поворачивает свой ноутбук ко мне, на ее лице играет широкая улыбка, а на щеках появляется румянец. Она точно знает, что я только что сделал, и это делает ее горячей. Ее пухлые розовые губки так и просятся, чтобы их поцеловали, когда она улыбается мне через стол, и я знаю, что она трахает меня глазами.

— Вот что, милая, ты доставишь машину, а я верну тебя сюда. Можешь просто следовать за мной, когда мы закончим.

— Это не в правилах компании, сэр, я устрою... — Я не дал ей закончить свой взволнованный ответ. Я был не в том настроении, чтобы слушать отказ в том, чего я хочу сегодня, и я хочу запустить руки в эти милые маленькие трусики, и я в них залезу.

— Я могу просто поехать в другой дилерский центр, где клиенту дают то, что он просит? Ты пойдешь за мной в машину.

Ее большие глаза блуждают по мне, и я понимаю, что она раздевает меня взглядом. Она, по крайней мере, думает об этом. О, я поймал тебя, как ты смотрела раньше, куколка Барби, мне тоже нравится то, что я вижу.

— Хорошо, сэр, уверена, что смогу вам это предложить. — Румянец возвращается на ее щеки, когда она начинает заполнять формы для продажи машины.

Я уже говорил вам, что я плохой человек. Пока мы подписываем бумаги, пишу водителю компании из поместья, чтобы он был наготове и вернул мою маленькую куклу Барби, когда я закончу с ней. Я собираюсь оттрахать ее до бесчувствия и отправить восвояси. Мой член не двигался с тех пор, как Элия приехала в поместье, и мне нужна разрядка. Мне нужно просто попытаться стать самим собой, и эта малышка может мне помочь.

Мы заключаем сделку, и я хочу сказать продавцам, которые осуждали меня, когда я вошел, что беру ее данные и договариваюсь о том, чтобы она составила пакет продаж для парка моей компании в поместье. Вы, мальчики, заплатите за то, что осуждали меня.

Барби из отдела продаж едет за мной в Франсшук на новой машине Элии. Я с трудом могу сосредоточиться на дороге, так сильно меня заводит боль от обжигающе горячей кожи с татуировками и мысль о том, что я буду глубоко входить в миниатюрную продавщицу, которая слишком быстро едет позади меня.

Черт.

Глава 13

ЭЛЛИЯ

«Вселенная написала в нас вымысел, он называется страх».

~Кристофер Пойндекстер

Я проснулась. Я не умерла. О Боже, почему? Почему ты не можешь просто позволить мне умереть? Потом это обрушивается на меня, как волна, сбивающая с ног в океане. Я не могу дышать, не могу подняться на воздух, течение затягивает под воду. Роуэн видел меня, он видел всю меня и все равно убежал. Я знаю, он видел все ужасные вещи, которые может предложить мир, я не дура, я знаю, что Роуэн — убийца, но, может быть, у него есть душа, как у моего отца, может быть, он плохой, но не злой. Он сбежал, когда увидел мое уродство, он даже не смог взглянуть в лицо правде о том, что было сделано со мной, человеком, который каждый день сталкивается со смертью.

Сейчас я определенно одна. Я чувствую, что здесь никого нет, в доме абсолютная тишина и ни звука. Я все еще голая, кроме трусов. Я резко вскакиваю с кровати, чтобы прикрыть свое тело свалившимися на пол пижамами. Ненавижу видеть свое тело. Еще больше ненавижу то, что его видел Роуэн. Его голос парализовал мои мысли страхом, и я просто повиновалась. Этому меня учили восемь лет, я повиновалась. Делай, что говорят, и боль не будет такой мучительно долгой.