Я сбросил с себя Ирен и бросился на Каллина, но он схватил меня за запястье и оторвал от пола. Он был недостаточно высок, чтобы поднять меня, но достаточно силен, чтобы лишить меня равновесия.

— А теперь, — сказал он, — я разберусь с этим надоедливым предметом.

Я попытался выкрутить призрачный нож, чтобы порезать ему руку или запястье, но он слишком быстро перехватил его, зажав между большим и указательным пальцами. Как только он завладел ножом, он получил над ним контроль. Я не мог ни вырвать его, ни толкнуть в сторону Каллина.

Каллин потянул за призрачный нож, но тот не поддался. Он нахмурился и потянул сильнее, но перчатка Ирен не поддалась. Я знал, что у него хватит сил вырвать мою руку из запястья, но магия в перчатке не только блокировала силу Аннализ, но и сковывала его собственные силы.

Он вывернул мою руку, чтобы посмотреть на сигил на ладони перчатки. В этом положении я смог согнуть призрачный нож так, чтобы его кончик уперся в тыльную сторону его ладони.

Он ахнул. Его хватка на моем запястье ослабла, и я смогла высвободить руку. На мгновение на его лице промелькнуло что-то похожее на извинение, но тут же все снова стало размытым. Я полоснул заклинанием по его груди, глубоко вонзив нож в ребра и разорвав несколько узоров на его жилете.

Каллин рухнул на пол. Я опустилась на колени рядом с ним и вонзила призрачный нож ему в живот. Узоры лопнули. Струи черного пара ударили мне в лицо. Я отстранился и вонзил призрачный нож в голову Каллина. Его глаза закатились.

Мой голос звучал резко и низко.

— Ты стоишь на распутье.

Но я позволил себе увлечься. Между победой и смертью было слишком мало времени, чтобы злорадствовать, и пока я отвлекся, Каллин слепо ударил меня кулаком. Я откатился в сторону и упал на спину, когда пол подо мной затрещал.

Каллин откатился в другую сторону, подальше от меня. Что же нужно сделать, чтобы вывести этого парня из строя? И тут я увидел, как на его тело упали две зеленые ленты.

— Нет! — Было уже слишком поздно. Я отпрянул, когда зеленый огонь внезапно охватил тело Каллина. Пламя взметнулось в мою сторону, словно простыня, подхваченная ветром, но я едва успел отступить.

А потом случилось то, чего я так боялся: огонь свернулся и начал стекать к пылающему символу на спине Каллина.

Он приподнялся на локте, повернувшись ко мне спиной. Зеленый огонь тянулся, как ириска, перетекая через его плечо и устремляясь к символу. Не раздумывая, я взмахнул рукой и метнул призрачный нож.

Каким-то чудом он пролетел прямо над струящимся зеленым огнем и разрезал пылающий символ.

Раздался оглушительный взрыв, словно взорвалась маленькая бомба, и я чуть не упала. Каллин закричал, и поток огня пронзил его, словно шило, вырвавшись из груди, как вода из пожарного шланга.

Он прожег дыру в кровати, а затем в стене за ней. Каллин рухнул на спину; огонь, вырвавшийся из его груди, прожег в оштукатуренной стене глубокую борозду, а затем пробил потолок и вырвался в комнату наверху.

Внезапно пламя потемнело, а резкий звук, который оно издавало, стал глухим и эхом отдавался в комнате. Мне показалось, что я слышу внутри него голоса, шепчущие что-то.

Огненный луч погас, оставив Каллина лежать посреди комнаты. Его левая рука и голова свисали из прожженной дыры в ковре.

Аннализ достала из сумки Ирен кандалы и, подтащив Каллина к цельному участку пола, начала приковывать его руки и ноги. Цепи казались слишком хлипкими, чтобы удержать человека, который одним ударом превратил гарпун в щепки, но я знала, что его удержит не металл, а нарисованные на нем символы.

Я поднялся на ноги, чувствуя себя разбитым и обессиленным. Мы победили, а значит, победил и Джон. Может быть, теперь, наконец, мой долг будет возвращен.

Единственный свет исходил от дневного света, проникавшего через огромную дыру в стене, где когда-то была балконная дверь, и от пламени горящей кровати. Густой черный дым клубился в дыре в потолке, словно в дымовом отверстии шатра.

Пора было убираться отсюда. Я мог бы вылить на кровать воду или еще что-нибудь сделать, может быть, проверить комнату наверху на предмет раненых, но интуиция подсказывала мне, что пора выбираться из здания. Отель был ловушкой: когда прибудут копы, у них будет не так много выходов, которые они смогут перекрыть, и мы не сможем незаметно ускользнуть.

Может быть, для Аннализ это не имело значения. Может быть, у нее была еще одна серая лента, которую я мог бы использовать.

Я закрыл глаза и сосредоточился. Призрачный нож взлетел мне в руку. Я осмотрел его, радуясь, что он не пострадал от огненного луча, и сунул его в карман. Мое заклинание. Моя сила.

Пол подо мной затрещал и слегка накренился. Я придвинулась ближе к стене, где пол был более устойчивым, и оказался ближе к Каллину.