— Что, черт возьми, происходит? — спросил я, обращаясь в пустоту. Все это не имело смысла. Она же не могла одним ударом разбить металлический фонарный столб, верно? Она же не могла повалить его, как дерево, одним ударом правой. Должно быть, он уже был поврежден. Должно быть, это была подстава.

Я не знал, чему верить, но понимал, что стал жертвой розыгрыша. Я посмотрел на эту странную маленькую женщину с мрачным лицом и повторил свой вопрос голосом, в котором стыдливо слышались страх и растерянность:

— Что происходит?

Она подошла ко мне, уверенная в себе и совершенно безжалостная.

— Ты выбрал не тех друзей, — сказала она своим тоненьким голоском.

Пейтон врезался в нее сбоку. Это был слепой захват в прыжке, достойный звездного лайнбекера из колледжа. Он повалил женщину на асфальт, и на мгновение она исчезла под его огромным телом. От этого звука у меня волосы встали дыбом: я подумал, что Пейтон убил ее прямо у меня на глазах. Но инерция понесла его дальше, и она перекатилась на него.

— И ты тоже, — сказала она своим высоким, ровным и все таким же спокойным голосом.

Она прижала руку Пейтона к земле и ударила его в локоть. Его рукав смялся под ее кулаком. Она вскочила на ноги и наступила ему на лодыжку. Та тоже смялась под ее ногой.

Пейтон набрал в легкие воздух, чтобы закричать, но женщина сбросила с себя куртку, я мельком увидела огромный сложный глиф, нарисованный на подкладке, и накинула ее на здоровяка. Глаза и рот Пейтона внезапно засветились, и он потерял сознание.

Эхо врезалась в женщину сзади, сбила ее с ног и ударила головой о борт фургона Джона. Панель прогнулась от удара. Эхо нанесла молниеносный удар в почки женщины.

Та отмахнулась локтем, но Эхо увернулась. Затем она снова бросилась на женщину, отбросив ее от борта фургона и заставив машину накрениться во второй раз.

Я смотрел на них, не веря своим глазам. Фургон Джона выглядел так, будто его задела машина, но миниатюрная женщина, казалось, не пострадала. Эхо так быстро молотила кулаками по лицу и шее женщины, что я едва успевала за ее движениями. Она была похожа на размытое пятно, но незнакомка почти не реагировала на удары. Она прикрывалась, чтобы защититься, а затем попыталась нанести ответный удар.

Но у нее ничего не вышло. Она двигалась с обычной скоростью, в то время как Эхо была намного быстрее.

Я с трудом поднялся на ноги, чувствуя головокружение. Либо я схожу с ума, либо прямо здесь, на парковке, происходит что-то ужасающее, невероятное и непристойное. Как будто завеса приоткрылась, и я увидела всю мерзость и ярость, царящие в сердце мира. Я надеялся, что у меня галлюцинации. Что я схожу с ума.

Маленькая женщина нанесла удар Эхо, промахнулась и попала в зеркало заднего вида. Оно оторвалось от фургона, пролетело у меня над головой и скрылось в темноте.

Что-то острое ударило меня по щеке. Я смахнул это. Это был крошечный осколок стекла, покрытый бусинками крови.

Осколок выпал из руки. Я больше не держал синюю ленту и не помнил, что с ней сделал. Я изучил крошечный красный след на указательном пальце. Это настоящая кровь. Моя кровь была настоящей. Царапина на щеке, меньше чем от бритвы, тоже была настоящей.

Я оглянулся на Эхо и странную маленькую женщину. Настоящую. Я не сходил с ума и не бредил. Я действительно это видел, и мне нужно было с этим смириться, если я хотел выжить.

Эхо ударила женщину ногой по пряжке ремня, отшвырнув ее к фургону. Женщина схватилась за раздвижную боковую дверь, оторвала ее и замахнулась огромным куском металла на Эхо.

Эхо перепрыгнула через дверь.

Женщина выпустила дверь из рук, и та, взметнув сноп искр, заскользила по асфальту прямо на Пейтона.

Я бросился к нему и перекатил его в сторону. Дверь проехала мимо нас, скрежеща по асфальту. Я резко остановился, в нескольких сантиметрах от моего лица были оголенные, искрящиеся провода разбитой опоры фонаря.

Эхо ударила женщину по ногам, повалив ее на землю. Женщина сорвала с жилета красную ленту и подбросила ее в воздух. Лента вспыхнула ослепительным светом прямо перед лицом Эхо.

Ослепленная Эхо отшатнулась, закрыв глаза руками, словно когтями. Женщина пригнулась и бросилась в атаку.

Эхо глубоко вдохнула через нос и ударила обеими руками. Она попала женщине прямо в грудь, и та отлетела назад.

Она ударилась головой об упавшую металлическую опору фонаря и остановилась в двух футах от того места, где лежал я.

— Черт! — выругалась она, скорее от досады, чем от боли. А потом сделала то, чего я боялся больше всего. Она заметила меня.

— Ты думала, я про тебя забыла? — спросила она. Она сорвала белую ленту и бросила ее в меня. Лента ударилась о мою грудь и вспыхнула серебристым светом.

Женщина вздрогнула.

— Что за черт?

Я швырнул ленту обратно. Она легко поймала ее, и узор вспыхнул серебром во второй раз.