Отогнав мысли, пока мне снова не захотелось ласки, я ополоснулась и выключила воду.

У меня не было сомнений, что ночное убийство повлечет за собой последствия, но ничто не могло испортить мне настроение, пока я сушилась и одевалась. Я взяла топ, который еще не успела испортить, и на секунду выпустила когти. Острые лезвия вытянулись из пальцев. Одним движением я превратила мешковатую робу в укороченный кроп-топ.

Закончив с одеждой и расчесав волосы пальцами (решила сегодня оставить их распущенными), я вышла из ванной и застала Майло сидящим на кровати с открытой книгой.

Он так серьезно относится к занятиям, это даже мило. Я понимаю, что для людей всё это кажется запредельной мечтой, но Майло адаптируется на удивление хорошо. Он наверняка прочитал больше всех, и его страсть к изучению этого мира заставляет меня надеяться, что он справится.

— Ну что, идем завтракать? — Майло вздрогнул; он так увлекся чтением, что не заметил моего появления. Он заморгал, глядя на меня, и кивнул.

Мы взяли вещи и направились к выходу, но когда я дернула ручку, дверь не поддалась. Я потрясла её, потянула сильнее, чем следовало, но она осталась закрытой.

— Что за чертовщина? — я взглянула на Майло, тот лишь пожал плечами.

Я попробовала еще раз — безрезультатно. Майло жестом предложил попробовать ему. Он плотно прижал браслет к замку, но это ничего не изменило.

Дверь заперта.

Нас заперли? Стража бы предупредила, будь это планово. Замок сломался? Вряд ли.

Это точно связано со вторым убийством. Но я не могу сказать об этом Майло — для него я всю ночь не покидала этот этаж.

Раздраженно выдохнув (настроение начало стремительно падать), я с силой пнула дверь и громко застучала.

— Эй, есть там кто?

Тишина.

Повернувшись, я увидела, что Майло уже достал блокнот. Он написал:

«Мы снова пленники?»

— Не знаю, — ответила я. И это была почти правда. Я понятия не имела, что приказал Офицер-заноза-в-заднице. Но если нас будут держать взаперти, моя задача станет почти невыполнимой. — Можем выйти через окно.

Майло взглянул на стекло, его глаза расширились. Он посмотрел на меня, усиленно мотая головой, а краска сбежала с его лица.

Я хихикнула:

— Всё окей, можем посидеть здесь, если хочешь.

Он кивнул и быстро черкнул в блокноте:

«Высота».

— Оу. Черт, ты такой милашка. — Это вырвалось раньше, чем я успела себя остановить. Но забирать слова назад я не стала. Он и впрямь был очарователен и снова заставил меня гадать, что же он совершил, чтобы попасть сюда. Я могла бы просто спросить, но это казалось переходом черты, которую мы еще не пересекли. Обычно мне плевать, но разговоры о преступлениях смущают некоторых людей, и я поймала себя на мысли, что не хочу быть для Майло источником дискомфорта.

От моего комплимента Майло мгновенно покраснел и опустил взгляд, а на его губах заиграла улыбка. Я почти потянулась к нему, чтобы заставить посмотреть на меня, но вовремя остановилась.

Что со мной происходит? Я явно слишком много времени провожу с людьми. Сначала Уайатт пробрался мне под кожу, а теперь Майло вызывает чувства, которые я не хочу расшифровывать. Он совершенно не в моем вкусе, но при виде этого застенчивого зубрилы в моей крови порхает что-то неопознанное.

Прочистив горло, я обошла его и плюхнулась на кровать, скрестив ноги и усевшись лицом к нему.

— Что ж, ждем, пока нас кто-нибудь хватится. Как насчет того, чтобы я начала учить тебя языку жестов, пока мы кукуем?

Майло вскинул голову. Он выглядел сбитым с толку.

— Не хочешь учиться? — спросила я, думая, что он ухватится за возможность.

Он энергично закивал и быстро написал:

«Ты правда хочешь меня учить?»

— Да, — ответила я, стараясь, чтобы в моих глазах он увидел искренность. — Было бы круто поговорить с тобой по-человечески. Бумага — это неплохо, но с жестами тебе не придется таскать её с собой повсюду.

Майло секунду колебался, будто всё еще не веря, что я не разыгрываю его, но потом решился. Он отложил сумку, сел на свою кровать точно так же, как я, напротив меня.

— Отлично. Давай начнем с алфавита, а потом перейдем к фразам.

***

Мы провели около часа, практикуя азы, и Майло оказался способным учеником. До полноценного разговора было далеко, но я видела: скоро мы сможем общаться без бумажек.

Наше занятие прервал стук, и дверь тут же распахнулась. На пороге стояла охранница.

— Живо, время завтрака.

— Нас всех заперли? — тут же начала я допрос.

— Да, извините. Так было нужно.

— Нужно? Почему? — я встала и направилась к ней.

— Простите, я должна отчитываться перед вами за каждое наше действие? — Она вызывающе выпрямилась, но я видела усталость в её глазах. Она явно не спала всю ночь, либо разбираясь с убийством, либо разыскивая меня (надеюсь, они так и не поняли, что это была я).