- Между нами возникли огромные разногласия, - продолжал вещать мой враг. – И самое время их окончательно разрешить. Фёдор Ромодановский, я вызываю вас на дуэль!

И тут-то я понял, что не такой уж он и дурак. Вернее, сам того не зная, он попал в точку: я же совершенно не умел обращаться с каким-либо оружием. Ни с холодным, ни с огнестрельным. Изначальный Федя, судя по нашей рыбалке в хтони – тоже. И как быть, интересно? Чем я его убивать-то собрался, если только голыми руками, тогда как он – с саблей, а колдовать нельзя. Да и в голову он мне влезет быстрее, чем я расставлю ноги чуть шире плеч и подниму руки для вызова, не говоря уж обо всем остальном.

- Прекрасно, сударь, - ровно ответил я. – Вызов принят.

- Я готов быть секундантом господина Ромодановского! – тут же заявил Курбский.

- Благодарю, Максим Васильевич. Телятевский, кто ваш секундант?

- Еще не знаю, - не моргнув глазом, ответил наглый менталист. И крикнул: - Эй! Я, Михаил Телятевский, дерусь на дуэли с Фёдором Ромодановским. Мне нужен секундант. Есть желающие?

- Это… Я могу, - нетвердой походкой к нам подошел незнакомец. Перегаром от него шибало на приличное расстояние.

- Назовитесь, сударь, - холодно бросил Макс.

- Юрий Шуйский, - пожал плечами тот и зачем-то добавил: - Средний.

- Вы знакомы с господином Телятевским? – спросил Макс.

- Это который здесь? – заозирался Шуйский. – Да мне вообще без разницы! Подеремся – и пойдем выпьем. А потом – по бабам.

- Беру на себя распорядительство поединком, - заявил Кабанов.

- Вы же при исполнении? – покосился я на него.

- Да и похрен, - махнул рукой вахмистр. – мы в сервитуте, юноша. Секунданты, обсуждайте условия!

- Как желаешь драться? – спросил Макс.

- Без разницы, - шепнул ему я. – Если честно, оружием не владею никаким. Вообще.

Юный метаморф посмотрел на меня крайне недоверчиво, но ничего не сказал. О чем-то они с едва вяжущим лыко Шуйским совещались пару минут, потом Курбский говорил что-то вахмистру.

- Значит, так! – возвысил голос Кабанов. – Помещик Михаил Телятевский вызвал княжича Фёдора Ромодановского на поединок. Причина – семейная вражда, что подтверждается соответствующим документом. По выбору вызываемой стороны бой будет проходить на холодном оружии любого типа. Поединок начнется сразу же, как только вызываемая сторона обзаведется оружием. Вызывающая сторона требуемым вооружением уже обладает.

- Фердаммте шайзе, я в натуре нихт ферштеен, что тут вообще происходит, - пожаловался давешний гном с водопроводной трубой.

- Вот вас-то мне и надо, сударь, - оживился я. – Будьте так любезны, одолжите вашу замечательную трубу примерно на полчасика!

- Ну, допустим, - недоверчиво протянул кхазад. – А что будет-то?

- Мне просто нужно убить вот этого симпатичного молодого человека, - я кивком головы указал на своего оппонента.

- А! Доннерветтер, это можно, - просветлел лицом гном. – Держите. Только осторожнее: утром заточил.

- Благодарю вас, сударь! – я принялся бегло знакомиться с доставшимся мне оружием. Итак, имеем трубу водопроводную, примерно три четверти дюйма в диаметре, длиной в рост гнома, то есть немногим более полутора метров. К одному концу приварен жутковатого вида диск от циркулярки, отливающий фиолетовым.

- Адамантин, - гордо пояснил кхазад, но я ему не поверил: как известно, на Тверди даже невинных мохнолапых хоббитцев не существует, а, значит, и адамантинов с мифрилами – тоже.

Что ж, имея в виду, что сабля у Телятевского длиной менее метра, у меня появляются некоторые шансы.Теперь о минусах: с самого утра я – загибаем пальцы: собирался сбежать из Тарусы в Орду, вместо этого спасал в Алексине Наташу из лап маньяка, там же насосался маны, как алкаш бормотухи, и инициировался вторым порядком, в процессе поднял несколько сотен ходячих трупов и отправил их на субботник, сам же после этого попал на хтонический, мать его, берег хтонической, мать ее, реки, где уже осмысленно поднял очередную толпу покойников и собственноручно набил аж два грузовика хтонической рыбы и рекопродуктов… При всем при этом тело Фёдора Ромодановского спортивным даже с пьяных глаз не назвать, и я адски устал… М-да. И что мы скажем на всё на это?

- Я готов, господин вахмистр, - произнес я, перехватывая трубу поудобнее. – Соблаговолите распорядиться.

Зычным голосом вахмистр велел расчистить пространство для поединка, расставил секундантов.

- Сходитесь! – скомандовал он.

Ну, я пошёл.

Я шёл, и смотрел на Телятевского с саблей в руке, и видел, что он боится. Не меня – вообще. Но еще я чувствовал, что очень устал, а труба куда тяжелее, чем было бы удобно, да и обращаться с ней совершенно не умею…