- Ну, ты даёшь! – Азаров моментально протрезвел. – А зачем?

- Затем, что у Фёдора теперь будет юридическое обоснование всех тех глупостей, которые он неминуемо совершит.

- А если Телятевские на тебя нападут?

- Им же хуже, мне есть, чем ответить. Да и Шаптрахор уже неделю землю роет, всё в бой рвётся.

- Ты как хочешь, но такое я пропустить не могу. Господа гусары! Все на конь! Мы едем на войну!

Глава 17. Маскарад

Мы ехали по степной дороге, приближаясь к сервитуту, а я, вспомнив про блокпост на въезде в Калугу, мысленно прокручивал будущий диалог со стражником.

- Цель прибытия в сервитут?

- Задержание особо опасного преступника!

- Предъявите ваши полномочия.

- Упс…

Мда, так я в город не попаду. И, кстати, как в него вообще попадут мои зомбари? Об этом как-то не подумал. Ладно, авось, прорвутся как-нибудь. Но что сказать на въезде?

- Цель прибытия в сервитут?

- Личная месть! Собираюсь открутить голову одному засранцу.

- Предъявите заверенный секундантами протокол вызова на дуэль.

- Упс…

Нет, Федя. Правду, конечно, говорить легко и приятно, но вот только, в большинстве случаев, совершенно неудобно. Но вот и въезд. У входа – мощный урук, из-за плеча торчит рукоять меча. С ним вместе – пожилой тщедушный человек в «оливе». Человек говорит и думает, урук играет мускулами – разделение труда. Предъявляю браслет.

- Цель прибытия в сервитут?

- Путешествую для собственного удовольствия. Планирую знакомство с историей и архитектурными достопримечательностями города. У вас есть шпили?

- Проезжайте. В любой гостинице постановка гостей на регистрационный учет проводится автоматически. Шпиль на Башне Звездочетов, на площади Хана Узбека.

Сарай-Бату после Калуги не особо впечатлил. Узкие улочки, обилие как бы не глинобитных «муравейников» спонтанной архитектуры. Впрочем, там и тут между ними торчат офисные башни из стекла и бетона и пара внезапных дворцов в неоклассическом стиле, и всё это – вперемешку. Город контрастов, как, насколько понимаю, любой сервитут. Пофиг. Мне нужно найти беглого менталиста, уконтрапупить его и вернуться к Наташе. Как раз звякнул планшет. Она?... Нет.

«Объявил войну Телятевским. Воюй спокойно, но мирное население не трожь. Доброй охоты!».

Князь. Я в упор не понял, что он имеет в виду. Какая, нахрен, война? Мне одного гада поймать – и всё… Хорошо, есть кого спросить.

- Нафаня?

- Да, мой добрый сеньор.

- Отец мой, князь Ромодановский, объявил войну клану Телятевских.

- О, это он очень мудро поступил!

- Почему?

- В сервитутах и юридиках у вас теперь должно быть меньше проблем при ведении боевых действий – чисто с юридической стороны.

- Ну, с земщиной всё ясно, а как насчет опричнины?

Домовой посмотрел на меня так, что я чуть было не поверил, что он – живое существо с эмоциями и развитым воображением.

- Можно повоевать и в опричнине. Но недолго. И больше воевать уже точно никогда не доведется.

Снова «блям!»: «На ваш счёт зачислено двести тысяч денег. Назначение платежа: на военные издержки».

- И денег прислал. Стоило куражиться, рыбой торговать, - вздохнул я.

- Стоило, - твёрдо возразил Нафаня. – Во всяком случае, для местных орков вы теперь большой и страшный авторитет.

- Что ты мне там прописал? Говядину и гранаты? Как полагаешь, в чайхане такое подают?

- Пока не зайдем – не узнаем, - осторожно ответил домовой, включил невидимость и залез на мое левое плечо.

Я же, кроме всяких шуток, был голоден как последний снага. Или как какой-нибудь хтонический саблезубый ёжик. Поэтому, припарковав наш замечательный рыдван возле чайханы «Subedey-Bagatur», немедленно в это самое заведение и вошел.

И с говядиной, и с гранатами, и много с чем еще ни малейших проблем не возникло, и я с большим аппетитом поглощал всё это в отдельном кабинете чайханы, когда поступил голосовой вызов с номера «ORDA S-B».

-Фёдор Ромодановский, слушаю вас.

- Это Тимоха, с Орды. Нашли мы вашего менталиста, нах. И даже поймали, ять.

- Молодцы какие! И как же это вы его поймали?

- Амулеты-ска взяли, Киря Семёрка нашёл и поймал.

- А почему Семёрка?

- В шестёрках-ска западло, нах. Куда везти?

- Чайхана «Субедэй-Багатур», отдельный кабинет.

- Едем.

- Жду.

Десять минут спустя – я как раз расправился с пловом и перешёл к имбирному чаю на меду – в дверь робко постучали.

- Войдите! – сказал я.

Вошёл Тимоха, ещё один снага и Телятевский. Я видел его всего однажды – в день экскурсии, но он и сейчас выглядел точно так же, обознаться невозможно. Разве, теперь у него руки были связаны за спиной, и кляп во рту.

- Здра-авствуйте, гости дорогие! – приветливо произнес я.

- Хозяин, это не он, - шепнул на ухо Нафаня.

- А кто это у нас тут, а?