Он замахнулся и прыгнул, в этом самом прыжке нанося мне рубящий удар сверху. Вероятно, добрейший мальчик Миша мечтал с одного этого удара развалить меня пополам, да вот не вышло: трубу подставить успел. Звякнуло так, что уши заложило. Но держать тяжелое оружие на вытянутых руках оказалось непосильно, и меня повело под этим весом, закручивая вокруг своей оси. Безнадёжно падая, я успел заметить, как бледно-фиолетовый диск на конце трубы встречается с беззащитной шеей менталиста.

Теперь я вполне уверен, что хоббитцы всё же где-то есть. Наверное, они просто спрятались в самом медвежьем углу, отгородились непролазными хтонями, но, несомненно, существуют, не видимые цивилизованной Тверди. Ну, если адамантин есть – чего ж им-то не быть, верно? Мой удар едва ли можно назвать сильным, да и не удар это вовсе, я просто падал, но голова Михаила Телятевского, срезанная острым диском, отделилась от тела.

- Дуэль окончена, - деревянным голосом провозгласил Кабанов. – Победил Ромодановский.

- Я заснял! – раздался в толпе чей-то радостный вопль.

- У вас превосходное оружие, - заверил я кхазада, возвращая смертносную трубу.

- Ферфлюхтер швайнехунден, - пробормотал побледневший гном, сжимая до белых костяшек пальцы на трубе. – Аллес капут!

Уладив все формальности с полицией (проще говоря, согласившись заплатить штраф в пятнадцать тысяч денег за покоцанные городские ворота плюс еще тысячу за ритуальные услуги в отношении Телятевского), я тепло распрощался с Максом и пошел искать свой рыдван. К черту гостиницы, хоть в машине, лишь бы поспать наконец. Но у машины снова встретил Кабанова, которому менее пяти минут сказал «до свидания», вместо чтоб «прощайте насовсем». На мой немой вопрос он пояснил:

- Чёрные дымы вокруг города. На данный момент – четырнадцать штук. Насколько понимаю, вас вызывают.

***

Константин Аркадьевич весь день посвятил анализу видеороликов. Он вновь пересмотрел как бы заблокированный сюжет про изгнание Фёдора, потом – сегодняшнее из Алексина, сегодняшнее же про бой с хтоническими рыбами и самое свежайшее, появившееся буквально десять минут назад – про дуэль. Последнее, кстати, Ирине Сергеевне лучше не показывать – она всегда любила этого соседского мальчика и всё мечтала выдать Наташку именно за него. Так, и что у нас получается? Если из Ромоданово изгнали натурально жирного балбеса, то дальше он начал молниеносно худеть, а тупость и неуклюжесть, получается, не менее мгновенно уступили место уму и неплохим манерам. Это как вообще объяснить? А три неподдельных подвига всего за сутки? Это что ж дальше-то будет?!

Но лучше посмотреть на это всё с другой стороны: а Наташе-то хорошо ли будет с этаким не в меру умным богатырём, который, что ни день, всё мир спасти норовит, а сам при этом, к тому же, простите, некромант? Большой вопрос, знаете ли! Так ни к чему и не придя, он, в тревоге, прежде всего, за дочь, покачал головой и налил ещё немного «сердечных капель».

***

Полковник Азаров, утомленный боевыми действиями и вином, давно отправился спать, тогда как старый князь сидел в кабинете, пил остывший чай и, чтобы хоть как-то отвлечься и развлечься, пытался читать знаменитый роман уманьярского писателя Элдаргара Альенора По «Ночь ходячих покойников» - книгу, считающуюся эталоном ужасов, но для любого некроманта потешную донельзя. Но не читалось, не смеялось. Честно сказать, толком и не думалось уже, поспать бы – чай, не мальчик, весь день этак бегать-то. Но чего-то ждал Юрий Григорьевич, неспокойно на сердце.

Стук в дверь.

- Входи, Родион.

- Новое видео из Сарай-Бату, - управляющий, он же, по сути, дворецкий и много еще кто в одном лице, поставил экран перед князем.

- Суть, вкратце? – спросил Ромодановский.

- Мы победили, - улыбнулся Родион Гордеевич.

- Превосходно, иного не предполагал. Выждем до утра, напишем ноту о прекращении войны. Ступай отдыхать. Я посмотрю – и сам лягу.

Управляющий поклонился и вышел, князь поспешил включить свежее видео.

- Феденька, мать твою, покойницу, упокой Господь ея душу, - простонал старый некромант. – Кто ж так дерется-то?!

Глава 19. Страшная месть домового