Николина спала в комнате Алисы, однако подозреваю, что девчонка не вставала по ночам, чтобы успокоить или покачать мою малышку.

После похорон Вероны минуло более месяца....

Госпожа Мортон перестала стирать одежду и бельё Николины. Она оставляла полную корзину грязного белья, и стоило мне переступить порог дома, как она начинала жаловаться, на боль в спине, или мигрень.... В таком состоянии она просто не может стирать бельё, и несчастной сиротке абсолютно нечего надеть. Я бросала все дела, шла к колодцу и набирала воды. Затем устраивала стирку.... Через несколько дней стала замечать, что в корзине с грязным бельём Ники, стали появляться вещи Алисы и Брента, которые также нуждались в стирке.

Пару раз я выстирала одежду Брента и Алисы. А потом стала просто откладывать их одежду в сторону, и стирать только бельё Николины. Мой хитрый маневр не остался незамеченным, и я услышала новый список упрёков в свой адрес. Меня обвинили в лени, отсутствии воспитания и уважения к хозяйке дома.

В один из дней, я пришла в дом госпожи Мортон ранним утром, чтобы накормить и переодеть малышку Николину. Вечно голодные Брент и Алиса болтались по дому. Их мать была пьяна и находилась в невменяемом состоянии. Женщина спала в гостиной. её постояльцы, семейная парочка подозрительного вида, отирались на кухне. Николина горько плакала в своей кроватке. Я услышала её плач, едва открыв калитку ворот.

В этот момент мои нервы сдали. Я схватила ребёнка на руки, быстро умыла и переодела. Затем напоила девочку козьим молоком. Собрала грязное бельё моей крошки в корзину и забрала с собой. Оставила котелок с овощным супом для Брента и Алисы на кухне, предупредив, чтобы они поели. Я забрала Николину и ушла, дав себе слово, что больше не оставлю ребенка Вероны с алкоголичкой, не способной заботится о собственных детях.

Я принесла девочку в дом госпожи Салли. Пожилая экономка была невероятно рада, она больше месяца не видела малышку. Дело в том, что Бьянка Мортон больше не пускала на порог своего дома Саломею Талбот.

Джоанна Гилмор принесла кое-какую одежду, оставшуюся от Доротеи и детскую кроватку Девида. К концу дня у нашей девочки появилось целое приданое.

Следующие пять дней были самыми спокойными за последний месяц. Я предупредила доктора Гилмора, что больше не намерена работать в госпитале. Кто бы, чтобы не говорил, но я не вернусь туда. Моя практика окончена. Утром я занималась ребёнком, играла с малышкой, учила с ней цвета, читала прибаутки и потешки из моей прошлой жизни. Каждый день мы гуляли в парке по нескольку часов. Днём, пока Николина спала, я копалась в своих теплицах.

В перерыве готовила нехитрые блюда, стирала детское бельё, делала влажную уборку в доме. Вечером играла с девочкой, кормила и купала. Саломея Талбот блаженно улыбалась, глядя на нас, забывая о заботах, войне и пустой кладовой.

За эти несколько дней, девочка стала намного спокойней, перестала плакать, начала улыбаться и хорошо кушать. Каждый вечер, укладывая свою кроху, я качала её на руках, и сердце щемило от нежности, когда я смотрела на светлые льняные кудряшки, зевающий ротик и сонные серо-голубые глазки. Мне казалось, что нет на свете ребёнка прекрасней, чем Николина….

На шестой день мне нужно было отправиться на рынок, который недавно открылся, и постараться продать хотя бы часть лекарств и косметических средств. Также Маргарита Орвиль попросила принести для её сына желудочный травяной сбор и мазь от укусов насекомых. Я не могла отказать этой женщине, так как помнила, чем ей обязана.

На рынке мне удалось продать два травяных сбора, мазь и микстуру от кашля.

Я удачно поменяла пару кусочков мыла, шампунь на полтушки небольшого цыплёнка. Отсутствовала я практически полдня, очень устала и мечтала обнять свою малышку....

Вернувшись в Академию, я застала в доме мрачную Саломею Талбот.

Госпожа Салли сообщила, что три часа назад к ней в дом заявилась Бьянка Мортон, в сопровождении городской стражи. Эта женщина обвинила нас в том, что мы украли её маленькую племянницу сироту. Несмотря на плач малышки, госпожа Мортон забрала девочку и пригрозила, что если я ещё раз заберу крошку Ники без её разрешения, то она подаст жалобу в Городскую Управу и обвинит меня в похищении ребёнка официально. Я не родственница, и не имею никаких прав на девочку. А ещё я являюсь нищей адепткой, у которой даже нет собственной крыши над головой....

Также госпожа Мортон не постеснялась сказать, что если я хочу увидеть Николину, то обязана приносить больше продуктов и заботиться о Бренте и Алисе....

Я обессилено опустилась на стул.... Сил плакать и сопротивляться обстоятельствам больше не было....

Я не знаю, как бороться с этой женщиной. Она открыто шантажирует меня, и я никак не могу разорвать этот порочный круг....

Глава 37.2. Ледяной панцирь….