Доктор Джонас везет нас в Урдольский монастырь. Мужчина мрачен и угрюм. Он уже знает новости. Знает, где искать останки родителей жены. Чего он не знает, так это, как сообщить жене, что её родители погибли.

Город гудит, как вулкан от этой новости. Люди передают друг другу сплетни, разговоры, рисуют картины ужаса невольных свидетелей. Маги никак не реагируют на это….

Дознаватели из Городской Управы не спешат выезжать на место пепелища. К тому же половина чиновников из Городской Управы давно сбежала из города.

Похоронные команды, выехавшие на место трагедии, быстро вернулись обратно. Люди отказывались работать в таких условиях. Смотреть на обгоревшие трупы невыносимо, а еще остатки адского пламени тлели на земле. Необходимо несколько сотен рабочих рук, чтобы убрать песок, глину, сгоревшие вещи, обгоревшую плоть, останки животных и людей….

Приехав в Урдольский монастырь, госпожа Салли оставила меня в часовне, а сама отправилась искать монаха Ансельма. Я ожидала увидеть седого старца в темно-серой рясе с капюшоном. На деле брат Ансельм оказался высоким, атлетически сложенным мужчиной, драконом. Он действительно был в возрасте, однако выглядел очень бодрым и энергичным.

Позже госпожа Салли расскажет его историю. Оказывается этот дракон, в прошлом был членом Городского Совета, и служил главным стряпчим Корсуни. А также он был сводным братом основательницы Академии Кристины Лотарь. Шестьдесят лет он верой и правдой служил интересам города Корсунь. А потом потерял жену, которая была его Истинной. Через год дракон решил, что мирская жизнь не для него. Тогда он стал послушником, а через два года монахом Урдольского монастыря. Его сыновья выросли и уехали служить в столицу. На мой вопрос, почему его не выдворили из города, монах с улыбкой ответил:

- Дитя, я не дракон, не маг, я брат Ансельм и служу Богине – матери. Я подчиняюсь только настоятелю монастыря и Верховному Архону Большой Гардарики. Я принёс обет, служить людям, врачевать души и нести мир.

Здесь и сейчас я завидовала этому мужчине. Он нашел уголок мира и покоя в этом суетном мире, раздираемом войной. Его не страшит война, голод, разруха, бедность, смерть близких. У него есть вера и призвание. Более ему ничего не требуется….

Саломея Талбот с благоговением поклонившись, стала рассказывать о нашей беде. Чем больше она говорила, тем мрачнее становился брат Ансельм.

Монах дал нам добрый совет…. По закону и решению Городского Совета нам действительно нельзя хоронить Верону Нейт на кладбище Корсуни. Её муж объявлен вне закона. Однако есть лазейка. Если у родственников имеется фамильный или семейный склеп, то Верона может быть погребена там. Земля склепа является собственностью владельца, и городские власти не могут препятствовать захоронению.

Проблема в том, что ни у кого из наших знакомых не было фамильного склепа или мавзолея в Корсуни. Не было среди нас родовитых аристократов.

Об этом я и сказала брату Ансельму. Тот улыбнулся и поведал....

В городе есть аристократы, чьё финансовое положение не лучше, чем у обедневших торговцев или ремесленников. Среди семей основателей города царит раздор и запустение из-за нехватки денег. Многие женщины овдовели, никаким ремеслом они не владеют, а богатство их рода улетучилось.

Всё что можно было, они уже распродали, война идёт восьмой год. То немногое, что у них осталось это семейный склеп и особняк.

Если мы хотим похоронить Верону достойно, то нужно обратиться к какой-либо аристократке и выкупить у неё часть склепа. Оплатить услуги стряпчего и оформить официально акт бессрочной аренды.

Монах посоветовал мне обратиться за помощью к одной аристократке, выгоревшей магичке, которая недавно стала вдовой. Звали её Маргарита Орвиль. Дама нуждается в средствах, чтобы содержать двух маленьких детей.

Я неоднократно слышала сплетни об этой женщине в городе. Родовитая магичка аристократка, из семьи основателей Корсуни. Эта женщина пошла наперекор семье, и развелась со старым богатым мужем, родовитым магом. Разводы сами по себе были редкостью в Большой Гардарике. А развод в провинциальном захолустном городке тем более. Ещё больше дама шокировала здешнее общество, когда вышла замуж за простого человека, секретаря суда. Родственники отвернулись от молодой пары, отказав им в какой-либо поддержке. После начала войны отец и брат Маргариты Орвиль погибли, а мать едва не отдала концы, когда заразилась фризской лихорадкой. После чего она помирилась с дочерью и приняла вместе с внуками в свой особняк.

Три месяца назад женщина похоронила мужа. Ей нужны деньги, и в отличие от остальных аристократов, она не станет кичиться семейным именем и склепом, расположенным на территории монастыря.

Поблагодарив монаха, мы покинули Урдольский монастырь. Госпожа Салли оставила меня у ограды, а сама отправилась на поиски извозчика. Я не смогу спуститься вниз с горы, с моими обожжёнными ногами. Через несколько минут подъехала старая телега и Саломея Талбот помогла мне в неё забраться. Ей удалось сговориться на оплату в 10 медяков с возницей. До войны за проезд не взяли бы более трех медяков.