Казалось, это было чем-то, о чём Бастиан раньше не задумывался. Когда слова Изольды дошли до него, его рука ослабла — всего на секунду, но этого было достаточно, чтобы Изольда смогла действовать.

Она толкнула бёдра вверх в тот же миг, как со всей силы ударила рукой в локоть Бастиана. Он вскрикнул от удара, и лезвие скользнуло прочь от горла Изольды, оцарапав ей кожу, отчего струйка крови пропиталась в воротник её плаща. Изольда услышала, как нож с грохотом упал на пол, тогда она вздохнула от облегчения, но оборвалась криком боли, когда Бастиан с силой прижал её обратно к верстаку.

Тогда он прижал её обратно слишком легко для обычного человека.

— Ты не человек, — выдохнула Изольда. Новая волна паники очернила края её зрения.

Её голова ударилась о стену верстака. Грубые руки, вытаскивающие её в снег. Звук рвущегося шёлка.

Нет. Нет. Это не то. Теперь она вампир. Она не беспомощна.

— Проницательное наблюдение, — прорычал Бастиан.

Как она не заметила этого? Сила этих плеч, от которых она задыхалась, то, как он стоял на своём месте, когда она приблизилась, этот уверенный взгляд, которым он одарил её, словно она не была хищником, способным выпить его досуха…

Глупо, глупо, глупо. Прошлой ночью у дровяного склада, а теперь это? Она не позволяла себе терять бдительность, поклялась себе десять лет назад, что никогда, никогда больше не позволит мужчине держать её жизнь в своих руках.

Люди-мужчины больше не были соперниками для Изольды. Она была в безопасности от них с той самой минуты, как проснулась вампиром.

Но теперь она была здесь, во власти единственного существа, которое всё ещё могло причинить ей боль.

— Ты волк.

Сердце Изольды ускорилось, сильно колотилось о рёбра. Не так быстро, как человеческое сердце, но учащённо для вампира.

— Да, — сказал Бастиан так, будто это было самым очевидным в мире — словно она спросила его, идёт ли дождь, когда тучи уже разверзлись над головой. — Ты убила Сэма Халлина или нет?

— Нет. Я не убивала его, — выплюнула Изольда. Она не пропустила того, как сузились его глаза, когда она сказала это, словно он всё ещё не верил ей. Сохраняй спокойствие, Изольда. Не провоцируй его. Не давай ему больше причин охотиться на тебя. — А теперь ты отпустишь меня или планируешь нарушить Пакт?

Долгое мгновение Бастиан не двигался. Его взгляд оставался прикованным к её взгляду, кипя от гнева в тусклом свете кузницы. Изольда боролась с тем, чтобы её грудь не вздымалась в такт колотящемуся сердцу, чтобы паника не украла её самообладание. Она остро осознавала, как её тело прижато к его — от груди до бёдер, и заставила себя сосредоточиться на этом, а не на своём страхе.

Он был волком. Волком, чья сама природа диктовала, что для него она — добыча. Его вид убивал людей во время Кровавой войны, использовал их как пешки, чтобы выманить вампиров, с которыми они сражались. Его вид морил голодом и охотился на её вид почти до истребления двести лет назад, и у неё не было сомнений, что они закончат начатое, если бы Пакт не запрещал это.

Было такой огромной ошибкой — последовать за ним сюда. Ему было бы так, так легко убить её, когда он прижал нож к её горлу. С его волчьей силой ему даже не понадобился бы нож, чтобы сделать дело.

В следующее мгновение вес Бастиана исчез. Изольда вскочила на ноги, одёргивая платье и плащ на место, когда бросилась к противоположной стене.

— Какого чёрта с тобой не так? — выплюнула она.

Теперь она была свободна, путь к двери открыт. Вся её мотивация быть хоть сколько-нибудь вежливой исчезла, и гнев Изольды вспыхнул, смешиваясь со старым страхом, который всё ещё сжимал её колотящееся сердце.

— Что со мной не так? — повторил Бастиан. Он стоял на противоположной стороне кузницы, выглядя столь же растрёпанным — его волосы были взлохмочены, завязки на вороте рубашки расстёгнуты. — Со мной не так то, что люди умирают, и мне кажется чертовски вероятным, что существо, которое поедает людей, и есть то, что их убивает.

— Вампиры — не тот вид, у которого есть история убийства людей в Бладхейвене, — парировала Изольда. — Волки — да.

— Нам не пришлось бы прибегать к убийству людей, если бы вы не охотились на нас в первую очередь.

— Я не понимаю, как это оправдывает убийство невинных.

Челюсть Бастиана сжалась, и Изольда поняла, что выиграла в этом конкретном пункте. Вампиры двухвековой давности тоже совершали зверства — охотились на волков, питались ими без согласия, — но волки зашли слишком далеко, используя людей как пешек в битве, в которой те не хотели участвовать.

Изольда оглядела кузницу, вглядываясь в беспорядок инструментов на верстаках и полках, занимавших каждую стену. Всё место выглядело в полнейшем хаосе — очаг не выметен, инструменты не разобраны, груда наполовину законченных мечей свалена в один угол.

— Ты новый кузнец в Бладхейвене? — спросила Изольда.

Ответ Бастиана был резким. — Да.