Она прижалась лбом к его лбу, пока он расстегивал штаны. Тик-Ток чуть опустил ее, чтобы она снова почувствовала его тепло. Своими порочными пальцами он отодвинул белье в сторону, даже не тратя времени на то, чтобы его снять. А затем вошел в нее одним идеальным толчком, заставив обоих застонать от удовольствия. Ее пальцы впились в его волосы, она глубоко вдохнула.

— Ты чертовски хороша, — промурлыкал Тик-Ток, толкаясь вперед; ее спина раз за разом ударялась о стену.

Он ускорился, заставляя всё ее тело дрожать от восторга. Она была почти уверена, что они сотрясают весь корабль, но ей не было стыдно — ни за эту дикость, ни за животную сторону в нем, в ней, в них обоих. Ей нравилось, когда он был нежен, но в этот момент, когда он входил в нее с такой яростью, ей нравилось это еще больше. Наслаждение подступало всё ближе и ближе, каждое его движение толкало ее в бездну. Внутри нее всё разбилось вдребезги, когда он довел ее до пика. Она запрокинула голову, шепча его имя. Оргазм был настолько мощным, что у нее не осталось сил даже на крик.

Грудь обоих тяжело вздымалась, когда она опустила голову, и их взгляды встретились.

— Мне пора, — прошептал он.

— Не дари ему легкую смерть. — Она поцеловала его в губы, надеясь, что это не последнее прощание. — Он ее не заслуживает.

Тик-Ток опустил ее на пол, и она поправила платье, пока он застегивал штаны. Он открыл дверь и вывел ее на палубу; ни один не проронил ни слова о том, что только что произошло. Но по его глубокому дыханию она понимала — его всё еще штормит от последствий, как и ее.

Они вернулись к команде, которая сгрудилась в кружок, что-то обсуждая.

— Респен, — сказал Тик-Ток, — я хочу, чтобы ты пошел со мной. Сможешь перенести нас на берег, чтобы не возиться со шлюпкой?

— Да, капитан. — Респен кивнул. Лишь на мгновение Норт заметила тень тревоги в глазах Эхо. Возможно, зря она предложила взять Респена, но никто другой не был бы так полезен и быстр. Так они могли легко уйти от любой опасности.

Тик-Ток велел Даксу и Сириксу уводить корабль из этого мира без них, если придется. Норт знала, что не позволит им уйти без Тик-Тока или Респена, и сомневалась, что Эхо позволит.

Тик-Ток повернулся к Норт, его лицо стало непроницаемым.

— Никаких прощаний. — Он заправил прядь ее волос за ухо, а затем отошел к Респену. Первый помощник положил руки Тик-Току на плечи. Поднялся прохладный ветер, вспыхнул желтый свет, и они оба исчезли.

Эхо подбежала к борту, и Норт последовала за ней. На берегу, вдалеке, виднелись две фигуры, которые едва можно было различить.

— Никаких прощаний, — тихо повторила Норт, глядя, как они скрываются в лесу, над которым в небо продолжал подниматься черный дым.

— Ты в порядке? — спросила Норт, заметив, что Эхо всё еще смотрит на пустой берег.

Эхо поджала губы, обхватив себя руками.

— С такой жизнью — обязана быть. Но это не значит, что сердце не будет болеть.

В груди Норт всё сжалось. А что, если они не вернутся? Как долго ей и команде придется здесь ждать? Норт знала: если это затянется, Эхо отправится за ними, и она сама — тоже. Но если Норт покинет корабль, портал может закрыться. Сейчас ей оставалось лишь заглушить тревогу и сосредоточиться на своей задаче.

— Я принесу тебе воды и фруктов. Тебе нужно поддерживать силы. — Эхо оттолкнулась от перил и направилась к двери.

Норт не думала, что сможет проглотить хоть кусочек — желудок завязался узлом. Со стороны портала донесся всплеск, и Норт резко вскинула голову. Магия внутри нее колыхнулась, будто сквозь нее саму протащили что-то тяжелое.

Не сквозь нее…

Сквозь портал.

Она ахнула, сердце забилось в горле: из сияющего портала, заходя кормой вперед, медленно вырастал огромный корабль с большими белыми парусами. Он был совершенно сухим, пока портал выталкивал его наружу. Врата замедлили вращение, корабль замер, отделяясь от входа, и взял курс прямо на них.

Глава 21

Тик-Ток

От самого центра Изумрудного города до самых дальних уголков Нонестического океана — самой черной вещью, которую встречал Тик-Ток, всегда было бьющееся сердце. Не каждое сердце, разумеется, но сути это не меняло. Ничто не было чернее зла, обитающего внутри фейри. И это место… оно было похоже на черное сердце, вырванное из груди и выпущенное на волю.

Живое. Порочное. Воздух дрожал от зловещей вибрации.

По спине Тик-Тока пробежал холодок, когда они с Респеном углубились в эту странную землю. Предкушение стало почти невыносимым — оказаться здесь, там, где скрывался его отец после всех этих лет поисков… ему хотелось буквально выпрыгнуть из собственной кожи. Видения Целины привели его сюда, а на корабле его компас указывал именно в эту сторону — он знал, что отец жив. Фантомная боль от сломанных ребер и вывихнутых плеч вновь заныла в теле. Желудок сжало, словно в ожидании того «особенного» пирога, который пекла мать и которым отец пичкал их насильно. Яд, который она использовала, был недостаточно силен, чтобы убить, но его хватало, чтобы он и его братья с сестрами мучились от рвоты несколько дней. Сглотнув, он сосредоточился на том, какой сладкой будет его месть.