А дальше я понятия не имею, что со мной происходит, потому что никак не могу объяснить оцепенение. То ли страх, то ли нерешительность, то ли неготовность столкнуться лицом к лицу с мучителем. Я не знаю, тот ли это Морев. Скорее всего, нет.

Что. Если. Да.

Не хочу показаться жалкой, прошло много лет, и я никому больше не позволю вытирать об себя ноги! Но вдруг... позволю? Прикусываю костяшку мизинца.

— Может быть, она еще в клинике. Сейчас уточню... Таня, Софи ушла?

___

Мои дорогие читатели, рада приветствовать вас в новинке! Я ужасно соскучилась и буду рада поддержке!!) В рамках книги мы поговорим о боли и, конечно, о любви в самом лучшем ее проявлении)

Глава 2

Захар

Эксперимент 1 - Искренние ругательства облегчают боль.

- Шаби, - выпаливаю смачно (*женские половые органы, грубое, китайский).

- Что это значит?

Подружка устраивается поудобнее на кровати и расстегивает мою ширинку. Волна привычного жара разливается под кожей, сжимает торс кольцом, стремительно и на поражение ударяет в пах. Я делаю шумный вдох, усмехаюсь, стягиваю ее волосы. Любуюсь отличными сиськами и пытаюсь выключить, черт ее дери, пылающую голову. Скорее уже, скорее.

Но она ждет ответа. Ладно, сам начал:

- Это на китайском. - И терпеливо: - Продолжай, пожалуйста.

- М-м-м. Красивое слово.

- М-м-м. Мне тоже нравится.

- Как переводится?

- Пизда.

- Ох ты. Учишь китайский?

- Пробую на нем ругаться. - Хохотнув, стягиваю трусы сам. - Нравится?

- Очень.

- Тогда сожми его уже, блядь, двумя руками. Пора полетать.

Воспоминания о веселой ночке проносятся в памяти бурным потоком. Сейчас же на часах весемь утра, а в моем распоряжении лишь грязные словечки, которые я несколько раз повторяю, рассматривая руль бэхи.

Не без цели.

Не так давно группа любознательных ученых из Килского университета задалась целью выяснить, насколько необычность, новизна и забавность слов облегчает боль.

Добровольцев попросили окунуть руку в ледяную воду, терпеть, что есть мочи, и произносить разные словечки, в том числе выдуманные и обсценные. Результаты потрясли сначала Англию, а потом и весь мир. Оказывается, лишь искренние ругательства могут делать страдания терпимее, то есть в моменте повысить болевой порог.

Учитывая, что у мужчин он от природы ниже, делаем выводы: нам необходимо ругаться хотя бы для выживания.

Голова трещит с самого утра. Я страдаю сразу несколькими видами головной боли, которые то чередуются, то объединяются и посещают вашего покорного слугу дружной командой. Иногда одна провоцирует другую. Подруги-суки они.

По МРТ все чисто, не стоит переживать, никакая опухоль не пытается меня прикончить. Вообще, здоровье на соточку, если Бог есть, то он решил превратить мою жизнь в искупление, настроив тройничный нерв против его владельца. Иногда мне кажется, что вся моя жизнь — это поиск способов купирования.

Пару минут сижу в машине на парковке, готовясь к новому дню, который обещает быть интересным.

- Фак. Merde (*франц).

Ну, пожалуйста. Хотя бы на пару баллов ниже.

Клиника «Искреннее сердце» (что за дедовское название) находится в удачном месте и держит отличный рейтинг. Понятия не имею, как предыдущее руководство умудрилось грандиозно прогореть. Есть же на свете талантливые люди.

Впрочем, тем лучше. Будь они хоть немного расторопнее, моя машина не занимала бы сейчас лучшее место на парковке. Бывший владелец расплакался на заключении сделки, у меня в тот день не трещала голова, и мне было плевать. Я был счастлив. Наверное, когда-то я сгорю в аду, но, как говорит мой папаша, не сегодня.

Сегодня по плану знакомство с персоналом будущего «Центра боли». И да, я невролог. Можно попытаться угадать, чем обусловлен выбор профессии.

- Дерьмо. Scheiße (*немец).

Не особо помогает. Вздохнув, я подставляю лицо слабому апрельскому солнцу, подкидываю и ловлю ключи. Отправляюсь к крыльцу.

Поднимаюсь по лестнице, мимоходом отмечая предстоящие улучшения: пандус неудобный, краска облезлая... Старомодный вестибюль придется переделать полностью. Проведем «Искреннему сердцу» реанимационные мероприятия.

- Здравствуйте, - улыбаюсь хорошенькой блондиночке на ресепшене. Ну просто зая в капусте она в этой блузке с воланами. Губы сами собой растягиваются.

Стрижка каре открывает вид на светлую, полупрозрачную кожу тонкой шеи. Острый подбородок, большие глаза. Секс бы мне сейчас помог. Ну да ладно, радостные приветствие младшего персонала тоже неплохо.

Вместо фанфар, меня встречает напряженный взгляд. Девица вздрагивает, в глазах отражается неудовольствие.

- Добрый день! - она явно не в духе. - Еще слишком рано, приемы начинаются с девяти. Подождите, пожалуйста, на диване. Вон там.

Утыкается в монитор, морщит бровки. Диваном оказывается непривлекательная и жесткая на вид лавка.