Почему он до сих пор со мной? Почему не сказать мне все честно и не предложить развод?

Разве я стала бы его удерживать?

Мирон считает, что поступает благородно, а на деле жестко меня добивает.

***

На следующий день я снова не смогла ему ничего рассказать о папе. Мы так и не увиделись.

Я с утра поехала к маме в больницу. Муж позвонил и сообщил, что едет в командировку в областной центр. У его конторы там объект, надо на месте снять показатели и проанализировать их динамику.

— Чем ты будешь ехать? Во сколько? Я успею собрать тебе чемодан? — я задавала самые обычные рядовые вопросы, которые задала бы на моем месте любая жена. Реакция Мирона мне показалась странной.

— Не нужно, я уже все собрал. Мы едем с коллегами служебным автомобилем. Выезжаем через час, так что увидимся, когда вернусь.

— А когда ты вернешься?

Я в последний момент прикусила язык, чтобы не спросить «Ты вообще вернешься?». Почему-то было стойкое ощущение, что он мне лжет. Не знаю, откуда. Но я успела изучить своего мужа — когда ему не хотелось говорить неправду, он старался поскорее свернуть разговор.

Так было и на этот раз. Он говорил быстро, сухо, сжато. И ни разу не назвал меня бусинкой.

— Я позвоню, Аглая. Пока, — Мирон даже не стал дожидаться моего ответа, отбился на том конце сети.

Моя рука с телефоном безвольно повисла вдоль туловища. Все пока походило на катящийся с горы снежный ком. Но где-то уже грохотали предвестники сходящей лавины, под которой совсем скоро окажутся погребены мои мечты, надежды и желания...

...После больницы я встретилась с адвокатом, он пообещал устроить мне встречу с папой. Затем поехала на работу. И когда увидела на экране вызов от свекрови, нисколько не удивилась.

Наоборот, внутри сжалась пружина, давая понять, что я ждала его весь день. С того момента, как Мирон солгал мне о командировке.

— Ты хотела доказательств, Аглая, — голос Регины звучал в трубке безлико и ровно. Странно, а я ожидала, что она будет торжествовать. — Если твои желания не поменялись, в пять я буду ждать тебя на парковке. Или ты передумала?

— Не передумала, — ответила я вмиг пересохшими губами. — До встречи.

И отключила вызов. Видимо, здороваться и прощаться нам теперь не обязательно. И я, и Регина — мы обе чувствовали, что родственницами называться нам оставалось считанные дни.

Ровно в семнадцать ноль-ноль Регина подъехала на автомобиле, я уже ее ждала.

— Садись, пристегивайся, — она кивком указала на два бумажных стакана с крышками, стоящих в подстаканниках между сиденьями. — Вот, держи. Я взяла нам капуччино в дорогу.

— Спасибо, — сказала я осторожно. Такой резкий откат к задушевной подруге меня насторожил. Взяла стакан наугад, но пить не спешила. Спросила очень спокойно: — Мы далеко?

— Не близко, — кивнула Регина, — но ты все еще можешь отказаться. Подумай хорошенько, пока будем ехать по городу. Когда выедем на трассу, я обратно уже не поверну.

— Куда именно мы едем? — спросила я, уже заранее зная, что она мне скажет.

Регина повернула ко мне голову, усмехнулась.

— У тебя удивительная способность прятать голову в песок и не замечать очевидного. Хотя, наверное, не только у тебя одной, — сказала на удивление без капли ехидства и язвительности в голосе.

И назвала город, куда Мирон поехал анализировать показатели. В динамике.

Сегодня представляю еще одну книгу-участницу Литмоба автора Юлии Резник:

Я подарю тебе новую жизнь

Аннотация к книге "Я подарю тебе новую жизнь"

Она ждала. Годами. Не задавая вопросов. И ничего у него не прося.

Он приходил — когда мог.

И уходил — когда нужно было.

Она — маленькая гостиница у моря, запах кофе, соль на губах и ветер.

Он — закрытые кабинеты, должности, деньги и власть.

Они жили в разных мирах.

Лелея любовь, у которой не было будущего.

А много лет спустя он пришёл, чтобы забрать её в свой мир.

Вот только найдётся ли ей там место…

Или он снова оставит её — на этот раз уже навсегда.

Или… она оставит?

Глава 4

Аглая

Доехали мы быстро, плюс я еще и выспалась в дороге. Не заметила, как уснула, но так даже лучше, не пришлось думать, чем заполнить неловкое молчание.

Обсуждать нам со свекровью решительно нечего — главное высказано, все другое на этом фоне выглядит блеклым и незначительным.

Когда я садилась в машину, в салоне играла музыка. Проснулась же в полной тишине. Сразу догадалась, что Регина нарочно выключила музыку, чтобы не мешала мне спать.

Я не тешила себя иллюзиями о внезапном перерождении свекрови. Она не стала в одночасье заботливой и в ней не проснулось запоздалое сострадание.

Просто ей тоже больше не о чем со мной говорить.

Она тоже со мной попрощалась.