Регина откинулась на спинку кресла и поджала губы.

— Аглая, я не хотела тебя добивать. Но ты хотела узнать правду. И я тоже хотела, чтобы ты ее узнала.

— Хотела, — кивнула я. — А теперь я хочу поскорее отсюда уехать.

Сегодня представляю еще одну книгу-участницу Литмоба автора Янки Рам:

Брак с гарантией:

У него - аскеза на секс, она - мужененавистница. Они вынуждены делить одну территорию.

Север Дозоров - сибиряк, спасатель и настоящий мужчина. Но по мнению его соседки - "мошенник, альфонс и абьюзер". Соседка его - Ирина Алексевна Идионина (она же - Ириска, она же "его Идиотина") травматичка со стажем, но... хорошенькая, зараза!

- забавные дети

- герой-недавашка

- предприимчивая героиня

- герои ругаются, дружат, влюбляются

- у обоих "сложные семейные обстоятельства"!

Глава 5

Аглая

— Сядь и не устраивай истерик, — железная рука свекрови удержала меня на месте. — Ты увидела, что хотела. Теперь твоя очередь выполнить обещание. Отпусти моего сына, Аглая. Не мешай ему жить той жизнью, которую он заслуживает.

Я смотрела на пару, сидевшую в центре зала, и чувствовала, как из меня потихоньку утекает жизнь.

Я признавала правоту Регины. Но зачем надо было это делать вот так?

— Он мог сказать мне правду, — выдавила я через силу.

— Да брось, — хмыкнула она. — Или ты не знаешь Мирона? Мой сын даже меня иногда своей правильностью бесит. Ты серьезно веришь, что он бросит женщину в беде, пусть и нелюбимую? А ты вцепилась в него как клещ и тянешь из него все соки.

Цинизм ее высказываний зашкаливал. У меня потемнело в глазах.

Да, Мирон безусловно выкладывался. Но наибольший вклад все равно вносил отец. И мама так сильно болела всего лишь последние полгода.

Послушать свекровь, моя семья годами паразитировала на ее сыне. Неужели он тоже так считает?

— Зачем вы так, Регина Борисовна? Если бы вы заболели, я бы вела себя точно так же как Мирон. Потому что у нас с ним одинаковое понимание отношений к семье, — сказала я довольно холодно. И свекровь сразу взвилась.

— Ты что же, мне тоже такой судьбы желаешь, как у твоей матери? Неблагодарная!

Я встала, не заботясь, видит меня кто-то или нет, и направилась к выходу. Регина поспешила за мной.

На выходе из ресторана я заметила баннер, на который прежде не обратила внимания. Видимо, была слишком взволнованна.

«Форум цифровых решений для бизнеса. Закрытый ужин для участников и партнеров».

Рядом размещалась стойка регистрации с бейджами и разложенными программами. Я скользнула по ним взглядом. Очередное подтверждение правдивости слов свекрови.

Мирон приехал сюда уже как специалист. Как партнер.

И как долго уже длится это «переманивание»? Какие из прежних командировок мужа перестали быть настоящими?

На улице снова моросил мелкий дождь. Одуряюще пахли кипарисы и можжевельник, насаженные вокруг террасы.

— Садись в машину, — устало сказала свекровь, — нам еще обратно ехать.

Она села за руль. Я только собралась последовать ее примеру, как тут открытой террасе показалась знакомая фигура.

Сердце пропустило удар.

Мирон.

Уже почти бывший муж, потому что я знала — я выполню свое обещание.

И все равно при виде его в груди болезненно провернулся остроугольный камень.

Моя любовь никуда не делась, она просто была временно парализована и шокирована. Лежала сейчас где-то глубоко внутри, оглушенная и раздавленная увиденным. И даже оттуда продолжала болеть.

Я до сих пор слабо представляла, как буду жить без Мирона.

— Я в туалет, сейчас вернусь, — сказала свекрови, хлопнула дверцей и направилась к стеклянным дверям ресторана.

Внутрь не вошла, остановилась за высоким кипарисом. Отсюда хорошо просматривался край террасы, где у перил стоял Мирон.

Я могла видеть его четкий профиль, от которого у меня до сих пор подкашивались ноги. Темная рубашка с закатанными до локтей рукавами подчеркивала его широкие плечи.

Сколько раз за эти годы я засыпала рядом с ним, просыпалась рядом с ним, касалась его, целовала, а сердце все равно при виде его заходилось как в первый раз.

Мирон достал из кармана пачку сигарет, зажигалку. Привычным жестом выбил сигарету, и у меня снова в груди заныло.

Он давно не курил. Бросил сразу после свадьбы и больше я ни разу не слышала, чтобы от него несло табаком.

Огонек зажигалки вспыхнул и погас. Невольно пришло на ум сравнение с его любовью — она была такой же яркой и жгучей. Жаль, что до обидного такой же короткой.

Мирон затянулся, задумчиво выпустил в темноту струйку сизого дыма. Я невольно стиснула руки в кулаки.

Обычно он курил только в одном случае — когда был очень сильно раздражен и не мог справиться со злостью. Значит сейчас он прекрасно осознает, что делает.

Разве я могла сомневаться, зная Мирона?..