— Ты можешь купить себе все, что посчитаешь нужным, — все с той же серьезностью отвечает Тимур. — Единственное, ты должна соотносить все это с уровнем, который занимают Шардановы. Я выдам тебе список рекомендованных магазинов. И брендов, если хочешь. И ты можешь позвонить мне с любым вопросом.

— Тебе так важно, что обо мне подумают окружающие? — само собой срывается с губ.

Мне жаль, что я это сказала, но это лучше, чем молча разочаровываться. Все же, я из всех Шардановых считала его самым нормальным.

Тимур смотрит исподлобья, потирает подбородок.

— Уточни вопрос, я не понял, к чему ты спросила?

— Для тебя так важно, во что будет одета твоя жена и как она будет выглядеть? — спрашиваю прямо. — Чем ты тогда отличаешься от отца и сестры?

Он усмехается, сам приваливается спиной к стене.

— Во-первых, я сам терпеть не могу дешманские шмотки. С тех пор, как заработал первые деньги, старался покупать качественную одежду, — отвечает, глядя перед собой. — А во-вторых, ты разве до сих пор не поняла, в какую семью попала?

— И в какую же? — продолжаю его же тоном. Но он не настроен сводить все к шутке.

— В прошаренную, Аглая, — отвечает жестко, — на десять блядь ходов вперед. И если я сейчас не засыплю тебя баблом, нам просто никто не поверит. Так что готовься, будем тебя задаривать.

— Это не обязательно... — начинаю сбивчиво, но натыкаюсь на его темнеющий взгляд и сипло закругляюсь: — Я все потом верну. Обещаю.

Глава 18-1

Как это ни странно, шоппинг принес мне удовольствие.

Поначалу было неловко тратить чужие деньги. Неловко и непривычно. Я убеждала себя, что в договоре у нас с Тимуром все это было прописано, он и так обязан возместить мне ущерб.

Вот только в договоре ничего не было сказано об уровне цен. Что это за цена на пару туфель как за крыло самолета? А в тех магазинах, список которых выдал мне Шарданов, они именно так и стоили.

Туфли — как крыло, платья — как двигатель, сумка — как фюзеляж.

Зато надо было видеть, какое магическое воздействие оказывала на всех фамилия Шардановых. Как будто это пароль, а не фамилия!

Лица администраторов магазинов и консультантов волшебным образом преобразовывались, стоило протянуть карточку или просто произнести ее вслух. И у меня на голове словно корона вырастала.

В какой-то момент я устала от собственных угрызений совести. Почему я должна мучиться? Нам с дочкой нужна одежда, обувь, предметы личной гигиены. В конце концов, обычные домашние тапочки и пижамы.

То, что все это должно стоить баснословных денег — проблема исключительно Шардановых, а не моя. Я перестала себя одергивать, расслабилась и направила оставшуюся энергию на шоппинг.

Не гребла бездумно все подряд, а лишь перестала обращать внимание на ценники. И постепенно даже вошла во вкус. С особенным удовольствием выбирала одежду Стефании — впервые в жизни я могла покупать дочке такие качественные вещи. И такие красивые.

В особняк возвращалась в давно позабытом состоянии смешанной эйфории и усталости. И когда охранник с очень вежливым видом легко отвел мою руку от пакетов и сказал «Не беспокойтесь, госпожа Вельская, мы сами все отнесем», я почувствовала к Тимуру бесконечную признательность.

Чем бы он ни руководствовался. Какую бы цель лично он ни преследовал. Я так ему благодарна за то, что сегодня испытала, не передать.

— Госпожа Вельская, — возле меня нетерпеливо переминается с ноги на ногу управляющий Шардановых, — прошу вас подняться наверх. Вы теперь с персоналом не живете, Тимур Ринатович распорядился переселить вас в свое крыло. Вашу дочь няня уже туда отвела.

Впервые с того момента, как я сюда попала, осознаю, как хорошо, что я вернула себе девичью фамилию.

Вельская. Представляю, какой переполох бы вышел, оставь я себе фамилию Гаевской. Хотя, может и надо было. Интересно, как бы Мирон изворачивался, объясняя жене, откуда у «бродяжек», такая же фамилия, как у него.

Помню, как гордилась свекровь этой фамилией и как похвалялась ею при каждом удобном случае. И что редкая она, и что породистая. Так что определенно, это было бы увлекательнейшее представление.

— А наши вещи уже перенесли? — спрашиваю у управляющего.

— Да, госпожа Вельская. Горничные все собрали.

Все — это, конечно, громко сказано. Еще утром все наше со Стефанией имущество вполне можно было унести в руках. Основательно обзавестись вещами мы успели только сегодня.

Но то, что было, как раз терять не хотелось. К примеру, блокнот, который мне выдали в офисе, и куда я успела внести кое-какие записи. Я его как раз положила в стол.

— Я тогда сначала проверю комнаты, — говорю решительно, — вдруг что-то осталось?

Управляющий явно хочет возразить, но я уже разворачиваюсь и иду в сторону крыла для персонала.

Открываю дверь и на секунду задерживаюсь на пороге.

Странное ощущение. Мы успели пожить здесь совсем недолго, а уже чувствуется пустота.