— Ладно, дело твое, — отвечает Тимур и отталкивается от подоконника, отставляя чашку. — В девять у нас завтрак, тебя хочет видеть мой отец. Спускайся вместе с дочкой, постарайтесь не опаздывать. И подумай, Аглая. Я бы мог тебе помочь.

— Да ты тут каким боком, Тимур? — всплескиваю руками. — Что тебе до Мирона?

— Я хочу развалить империю Шардановых к херам, — оборачивается от двери Тимур. — Вот каким. Но если бы ты согласилась мне помочь, это было бы намного легче сделать.

И выходит из комнаты, почти бесшумно прикрывая за собой дверь.

Глава 9-1

Я отправляюсь в душ, высушиваю волосы феном, даже не пытаясь придать им подобие прически. Просто вытягиваю расческой. Затем бужу Стефанию.

За все это время я так и не придумала ни единой причины, зачем главе семьи Шардановых понадобилось приглашать к завтраку незнакомую нищую девушку с ребенком, которую привел в дом его старший сын.

В дверь вновь раздается стук. Открываю — женщина в форме горничной ввозит вешалку с двумя платьями, большим и маленьким. Платья новые, с бирками, тщательно отпарены и подготовлены.

Это для нас со Стефанией?

— У нас есть одежда, — говорю женщине.

— Распоряжение господина Шарданова, — отвечает она безапелляционным тоном.

— Но Тимур ничего такого не...

— Это не господин Тимур отдал распоряжение, а Ринат Шарданов, его отец, — пресекает любые мои возражения горничная, поджимая губы.

В ее взгляде явно читается непонимание. И даже осуждение.

Ее можно понять. Ну как же, нас как бродяжек поселили в крыле для персонала, а теперь мало того, что приглашают к завтраку, еще и одежду жалуют для выхода.

Смотрю на бирку — бренд средней ценовой категории. Явно не из шкафа Анны, что лично меня вполне устраивает. Для меня почти офисный вариант, очень сдержанный. Для дочки — более нарядный, с рюшами и оборочками.

— Мам, какое касивае-е-е! — восторженно шепчет малышка.

Горничная оставляет вешалку и уходит. Я помогаю одеться дочке и быстро одеваюсь сама. С прическами для нас обеих все достаточно проблематично, потому что нет элементарных резинок сделать хвост. Или заплести косички Стефании.

Поэтому я просто хорошо расчесываю волосы и оставляю их свободно лежать на плечах. Это всегда были наши лучшие с дочкой прически. Разница в том, что мои струятся шелковым водопадом, а ее — завиваются на кончиках в локоны.

— Пойдем? — протягиваю малышке руку, и ровно без пяти девять мы выходим из комнаты.

***

— Доброе утро, меня зовут Аглая, — вхожу в огромный зал, в пять раз больше нашего дома, где мы жили со Стефанией, и останавливаюсь на пороге. — Приятного всем аппетита.

Бросаю быстрый взгляд вокруг. Это столовая? Впечатляет, конечно.

Сама бы я ни за что не нашла. Спросила дорогу, и нас сюда привел один из работников. Они по особняку снуют как мыши.

Все в форме, с бейджиками. Будто это не особняк, а корпоративная организация.

За столом вижу Тимура и еще одного парня, совсем молодого. Ему лет двадцать, не больше. Во главе стола в кресле сидит мужчина. Одного взгляда на него достаточно, чтобы понять, что передо мной отец Тимура — Ринат Шарданов, король бизнес-империи Шардановых.

Хищный взгляд его худощавого лица с орлиным профилем и седеющими висками заставляет ладони вспотеть. С трудом удерживаюсь, чтобы тайком не вытереть их о платье.

Я не провинившаяся малолетка, которая случайно сорвала на клумбе перед особняком понравившийся цветочек.

Я ничем не обязана семейству Шардановых. И мне нечего бояться.

Осталось напомнить это мурашкам, которые уже покрыли мою спину и плечи.

Главное, не начать втягивать голову, когда этот мужчина заговорит.

А он заговаривает, но не просто начинает говорить, а отъезжает от стола. И только тогда я замечаю, что он сидит в инвалидной коляске.

Ринат Шарданов подъезжает ближе, я со Стефанией автоматически иду ему навстречу.

— Ну, здравствуй. Аглая, значит? Я рад, что ты поступила разумно и согласилась на мировую с моим сыном, Аглая. Шардановым не нужны скандалы. Думаю, ты понимаешь, какие проблемы у тебя были, если бы тебе вздумалось с нами воевать.

— К чему эти тупые угрозы, отец? — недовольно кривится Тимур. — Аглая и не собиралась идти на конфликт. Я их с дочкой чуть не убил.

— Я тебя не спрашиваю, — обрывает его Ринат.

— Ты, папа, смотри в оба, — подает голос парень с явной издевкой, — Анькин Мирон их вчера уже поженил!

— Когда говоришь о сестре, выбирай выражения повежливее, Герман, — неодобрительно морщится господин Шарданов, а мне хочется распахнуть окно.

Какие же они душные!

Так правда бывает? Теперь ясно, почему Тимур ненавидит свою семейку.

Открывается дверь, в столовую входят Мирон с Анной. Ненавижу себя за то, что из-под опущенных ресниц слежу, обнимает он ее, когда они идут к столу, или нет.