Несколько минут я просто перебирала в ладони теплые монеты, слушая их тихий звон. Потом аккуратно убрала в кошелек, отгоняя очередные невеселые мысли, и принялась за дела. Сходила к роднику, заварила трав для вечернего чая, разогрела в печи похлебку.

Прибрав после ужина, подхватила тяжелую корзину и поднялась по крутой лестнице на чердак разбирать и развешивать травы. Под самой крышей уже висели десятки пучков, и воздух был густым, полным запахов полыни, ромашки, мяты… Часть из них я сразу же сняла, они оказались совсем готовы. Вечером измельчу и разложу по баночкам и мешочкам.

Хорошо бы некоторые сборы отнести в город, где их можно продать подороже, как порой делали мы с бабушкой. Мысль заманчивая, но рискованная. Защиты-то у меня нет. Это здесь лес свой, изученный до последнего деревца, исхоженный всеми тропами, даже заколдованная чаща не пугает своим присутствием, а дальше… у большой дороги могут встретиться и звери дикие, и люди лихие. Так что я отогнала соблазн. Пусть денег немного, едва-едва хватит как-то протянуть в ближайшие пару недель, но так оно спокойнее.

Работу я закончила уже глубокой ночью и, чувствуя, как сильно хочется выбраться наружу, подышать прохладой после душного чердака, закуталась в старенькую бабушкину шаль и вышла на крыльцо с глиняной кружкой. Присела на ступеньку, попивая травяной отвар и поглядывая на яркие звезды, полную луну и темнеющий лес.

Воздух здесь был пропитан запахом хвои и ночных цветов, а невероятная тишина, нарушаемая порой разве что привычными и уютными шорохами леса, буквально баюкала. И сейчас мне еще сильнее, чем раньше верилось, что все наладится и будет хорошо, а то странное предчувствие грядущих перемен, проникшее недавно в сердце, это лишь отголосок моих переживаний.

Глава четвертая

Влад Белый

Я остановился на границе леса и жадно прислушался, проверяя, нет ли поблизости людей. Час, конечно, ночной, но кто знает? Путники, бывает, встречаются и в это время. Я же привык к осторожности настолько, что и представить сложно.

Убедившись, что рядом никого, я встряхнулся, позволяя огню в крови захватить меня. Древние чары оборота отозвались знакомой ломотой в костях, и вот я уже стою на двух ногах, снова став человеком.

Я вышел из-за деревьев, всматриваясь в дальние крыши деревни. В домах не горело ни единого огонька, и от поселка веяло спокойствием и умиротворением. На сердце снова полыхнуло застарелой тоской, когда я вспомнил про поселение волков, запертое чарами.

Впрочем, именно за тем, чтобы разрешить эту проблему, я и пришел сюда, к одиноко стоящему на окраине Лесной Благодати дому, где жила ведьма.

Отвлекая от невеселых мыслей, тишину разорвал предсказуемый собачий лай. Звери уже почуяли волка и мою немалую силу, стремятся предупредить людей об опасности. Надо поторопиться.

Я сделал несколько шагов по протоптанной тропе, и горло вдруг обожгло доселе неведомым чарующим ароматом. Я замер, не в силах двинуться дальше и пытаясь понять, что происходит. Дом окружен магией, я уловил ее сразу, едва вышел из леса, но этот запах… он был чем-то совсем другим. Он горячил кровь, превращая ее в жидкий огонь, не давал нормально дышать, заставляя жадно хватать ртом воздух, выворачивал меня едва ли не наизнанку. Какие-то неизвестные чары? Но если это так, то я совсем не чувствую в них тьмы. И угрозы тоже нет, лишь что-то, напоминающее… зов?

Еще один невольный шаг к дому, а потом ноги будто сами понесли меня к весьма хлипкой калитке. Судорожный глубокий вдох – и внутри меня зарычал волк. Да так дико, с такой мощью, что мир будто померк. Я едва сдержался от полного оборота, а вот от частичного – не смог. Сейчас я стоял, смотрел на выпущенные когти и не сразу осознал, что именно со мной происходит.

Волчья суть почувствовала… Ее. Истинную пару. Моментально, как это бывает у волков по одному-единственному признаку – запаху. Это было так… будто удар под дых. Мысли путались, а все остатки воли уходили на то, чтобы удержать контроль над сходившим с ума зверем. Он был готов рвать когтями любые преграды, лишь бы добраться до той, что пахнет его счастьем.

Очнулся я, когда обнаружил, что карабкаюсь по стене дома на чердак, к распахнутому настежь окну. Выругался сквозь зубы, понимая, что впервые с детства, с тех самых пор, когда учился контролировать волчью суть, я дал своему волку такую волю, оставаясь в человеческом обличье.

Почти бесшумно спрыгнул на чердак, в свете полной луны разглядывая многочисленные пучки трав, явно повешенные здесь сушиться.

Какое счастье, что никто из стаи не видит, как их смелый и разумный вожак оказался здесь, поддавшись инстинкту своего зверя. И ведь именно зверь, Великий Лес, решил, что если вломиться через дверь или окно, это испугает мою истинную пару.

Очень разумный подход, что тут скажешь, по-звериному мудрый и логичный.

Хорошо хоть чары, даже если они здесь есть и очень сильные, на меня, как и на любого оборотня, не действуют. Ну, почти. Есть все же заклинания и зелья, к которым и мы восприимчивы.