— Я не хочу с тобой дружить, — холодно сказала Хелена. — Твоя сестра мертва. Ты предала нас всех ради трупа.

— Я знаю! — Голос Айви прозвенел горем, когда она резко развернулась к Хелене: лицо бледное, глаза яркие. — Знаю, но я не могла... не могла просто дать ей умереть. Я думала... — лицо её смялось. — Я говорила себе, что она просто ранена, что она вернётся. Но она не возвращается. Не может. И даже если бы смогла, она бы никогда не простила мне всего этого. Правда?

Хелена не почувствовала к ней ни капли сочувствия.

— Из-за тебя мы потеряли всё. Даже если бы нам всё равно суждено было проиграть, были люди, которые успели бы бежать, которые смогли бы скрыться, будь у них хоть немного времени. Но именно ты позаботилась, чтобы у них этого времени не было.

Пока она говорила, дверь застонала, железо завыло, и вошёл Каин. Кованые элементы отделились от пола, вытянулись в бесчисленные острые пики, все направленные в Айви. Одно движение его руки — и её бы пронзило со всех сторон.

Она могла бы попытаться убежать, но не успела бы и двух шагов сделать.

Айви развернулась к нему лицом; выражение у неё было странно примирённое.

— Какой неожиданный предатель, — сказал Каин с полной неискренностью. — Должен признать, я-то считал тебя достаточно умной, чтобы не попасться в такую очевидную ловушку.

Айви криво усмехнулась и почти печально покачала головой.

— Ты меня не помнишь, да? А я думала, рано или поздно всё же вспомнишь.

Каин вгляделся в неё.

— Не могу сказать, что помню.

— Когда мы встретились впервые, я выглядела иначе. Меньше ростом. И орала.

Каин покачал головой, словно таких детей в его жизни могло быть бесчисленное множество.

— Я носила две косы. С бантами. — Айви показала руками вдоль плеч. — После того как Бессмертные убили моих родителей, за них меня потащили по полу и бросили тебе в руки. Ты тогда тоже был моложе.

Понимание медленно проступило у Каина в глазах.

Айви сжала губы, вдохнула.

— Когда ты убежал, остальные Бессмертные кинулись за тобой. Совсем забыли про нас с сестрой. Я пыталась отрезать матери голову ножом для торта, чтобы она перестала делать это с Софией. Тогда-то я и поняла, что умею делать руками. — Она опустила взгляд на свои пальцы. — После побега София была ещё жива, только будто спала наяву. Она не двигалась, если я сама не шевелила её, и не ела, если я не кормила. Мы прятались в трущобах. Когда она наконец очнулась, последнее, что она помнила, был мой день рождения. Больше ничего. Если бы не ты, мы бы умерли.

Выражение лица у Каина стало презрительным.

— Ещё одна причина жалеть о том дне.

Айви сначала не поняла, но тут Каин сунул руку в пальто и вытащил обсидиановый кинжал. Тогда её острые глаза расширились — не от страха, а от удивления, почти от радости.

— Так это ты убийца.

Он улыбнулся.

— Да. И именно встречи с тобой я ждал особенно.

Айви повернулась к Хелене.

— И ты знала? — Она переводила взгляд с одного на другого. — Значит, всё это притворство?

— В некотором смысле, — сказала Хелена. Она не думала, что ей будет не всё равно, если Айви убьют, но, похоже, была обречена испытывать жалость ко всякому, чью логику понимала. Кроутер упоминал, что Айви выросла в трущобах и работала на него в обмен на защиту сестры. Если София всё это время жила в состоянии фуги, неудивительно, что Айви смогла цепляться за фантазию, будто та жива.

— Не убивай её, — сказала Хелена.

Каин покосился на неё.

— Ты же не можешь всерьёз ждать, что я её пощажу.

Хелена покачала головой.

— Думаю, она и не ждёт пощады, — сказала она, уже подозревая, что сейчас совершает ужасную ошибку, но причин не рисковать у неё оставалось слишком мало. Она посмотрела на Айви. — Ты ведь знаешь, что Бессмертные обречены?

Айви кивнула. Хелена сильно сомневалась, что Айви стала Бессмертной из любви к бессмертию; скорее всего, Морроу просто наложил на неё это условие, как когда-то на Каина, — удавку на горле опасного вивиманта.

— Ты поможешь нам? — спросила Хелена.

Острые глаза Айви метнулись от Хелены к Каину; выражение у неё было настороженным, просчитывающим, но потом она склонила голову.

— Нет, — резко сказал Каин. — Ей нельзя доверять. — Он развернулся к Хелене, и его резонанс угрожающе загудел; железо в комнате застонало так, что дрожь прошла по костям. — Она наговорит что угодно, лишь бы выйти из этой комнаты живой, а потом предаст вас, как предала всех остальных.

Хелена посмотрела на Айви, потом снова на Каина.

— Думаю, можно. Она у тебя в долгу. У неё в долгу те годы, что София ещё прожила рядом с ней. Ради Софии она это сделает.

— Что вам нужно? — спросила Айви. Глаза у неё вспыхнули тем самым острым, любопытным светом, который Хелена хорошо помнила.

Хелена посмотрела прямо на неё.

— Филактерий Каина. Это часть внешней кости правой руки Морроу.

Айви едва заметно содрогнулась. Очевидно, на такое она не рассчитывала.

— Зачем?