Когда в дверь, таща тележку с несколькими телами, вошёл генерал Элторн, Хелена уже чувствовала, как её собственный резонанс начинает сдавать.

— Кажется, они ещё живы, — сказал он, тяжело дыша. Он был весь в пыли, без маски и только в лёгком доспехе. — Под стеной зажаты по меньшей мере сорок человек. Мы их слышим, но не понимаем, как до них добраться, не обрушив всё сверху им на головы.

Хелена позволила другим осматривать тела и искать, куда их ещё можно втиснуть. Госпиталь уже и так захлёбывался. Пальцы у Элторна были разбиты и в крови от того, как он разгребал завалы. Он грузно опустился на стул, закашлялся и с трудом пытался вдохнуть.

— Вам нужно надеть маску, — сказала она.

— В них не продохнуть, — отрезал он и жадно глотнул воды. — Всё равно уже поздно. Резонанс я и так потерял. — Потом он моргнул и прищурился, вглядываясь в неё. — Марино?

— Да? — Она даже не знала, что Элторн вообще знает, кто она.

Он подался ближе, понизив голос. — Что вы здесь делаете? Возвращайтесь в Штаб-квартиру, пока Феррон не узнал об этом.

Хелена лишилась дара речи, но, конечно, Элторн должен был знать. Она беспомощно посмотрела на него. — Приказ подписал Матиас, меня отправили сюда, и я не могу найти радио, чтобы попросить разрешение на возвращение.

— Возвращайтесь в Штаб-квартиру. Первым же грузовиком. Скажите, что это мой приказ. Последнее, что нам нужно, — чтобы Феррон окончательно слетел с катушек. — Элторн с усилием поднялся.

— Подождите. — Она схватила его за руку, и к её удивлению, он сразу осел обратно на стул. Она дотянулась до него почти гаснущим резонансом, но нащупала только размытое пятно.

— Элторн, вам нужна маска. Иначе вы сорвёте лёгкие, если продолжите дышать этой пылью. Вы слишком ценны, чтобы так рисковать, — сказала она, проверяя его и пытаясь найти рану, которую он явно скрывал. То, что он вообще сидел спокойно и позволял это, было уже само по себе знаком того, насколько он ослабел.

Он ничего не ответил.

— Когда придёт подкрепление? — спросила она. — Людей здесь слишком мало на такое количество раненых. У нас заканчивается вообще всё.

— Никакого подкрепления не будет, — тихо сказал Элторн, будто боялся, что кто-то ещё услышит. — Мы и есть всё, что осталось.

Сердце у Хелены споткнулось.

Он смотрел, как несколько солдат втаскивают тела на самодельных носилках.

— Мы не можем спускать сюда оставшихся боеспособных бойцов и терять их резонанс. Заражение нужно локализовать, — сказал Элторн; в голосе у него звенело мучительное смирение.

Он встал и покачнулся.

— Где вы ранены? — спросила Хелена, заступая ему дорогу.

Он стряхнул её руку и выпрямился, дыша тяжело. — Пустяковая. Обломки задели. Здесь все в крови. Я справлюсь.

— Элторн. — Она снова шагнула ему наперерез. — Вы ранены серьёзно. Будь у меня сейчас нормальный резонанс, я бы вас насильно усыпила, потому что вы не в состоянии руководить спасательными работами. Вы слишком ценны. Вы это знаете. Сопротивление не может вас потерять.

Он похлопал её по плечу, как ребёнка. — Мои люди лежат под завалом. Задыхаются там, потому что это я послал их туда.

Со стороны завалов раздался пронзительный предупреждающий свист. Потом ещё один. И ещё. Хелена не знала, что это значит.

Лицо у Элторна отвердело. Он оттолкнул её широким движением руки. — Баррикадируйте двери. Они пустили некротраллов; сейчас придут за телами.

Он прошёл мимо, а Хелена осталась стоять, разрываясь между попыткой его остановить и срочной необходимостью укрепить госпиталь. Но, прежде чем она успела решить, он уже исчез в пыли. Она обернулась к зданию.

— Нам нужно оттащить все тела как можно дальше вглубь помещения, — сказала она дрожащим голосом. — Если места не хватит — укладывайте мёртвых штабелями. Надо перекрыть двери.

От самой мысли снова оказаться запертой в полевом госпитале у неё перед глазами поплыло. Она заставила себя сосредоточиться, сжимая пальцы так, чтобы ощутить шрамы на ладони.

— Разве нельзя дать знать Штаб-квартире, что нас атакуют? — спросил один из медиков, глухо через защиту. — Они обязаны прислать людей.

Хелена покачала головой. — Никто не придёт. Нуллий нужно локализовать.

Все вокруг застыли и уставились на неё. Наверное, говорить этого она не должна была.

Хелена никогда не была лидером и совершенно не понимала, как вдруг им стать. Она не принадлежала к тем людям, в которых верят, а в эту минуту, вся в пыли, крови и внутренностях, — и вовсе не походила на кого-то, за кем можно пойти. Поэтому она уцепилась за одно: за практику.

— Наша задача — удержать в безопасности тех, кто здесь. Оттащим всех вглубь и завалим входы. Сами Бессмертные сюда не сунутся: нуллий бьёт и по ним тоже.

— Но нам некуда тащить. Если только стены ломать, а здесь ни у кого нет такого резонанса. Всё уже и так забито до предела, — возразил один из медиков. — И чем вообще закрывать двери?