Годар славную животинку одобрил, даже сам Наума возблагодарил за подарок. Мол, не будет «ладушка» скучать, если придется на пару дней уехать. Найдется заделье сказки рассказывать, речь будить в чудесном питомце. Там, глядишь, и сам Милаш станет вместо няньки будущим человечьим малышам. Все во благо…

А уж как Радунюшка рада была новому знакомцу - словами не описать. Повелела Михею из дерева вырезать игрушек – мышат, сама возилась с котиком, словно дитя, чем порой сердила суровую Арлету.

– Летом замуж собралась, а на уме веселье одно. Перед будущим зятем стыдно. Придется, видать, еще тебя дома держать пару годков, поучить уму-разуму.

Радуня сразу на себя степенность напускала, зажимала вовнутрь круглые щеки:

– Вовсе не ладное судишь, маменька! Я и так не могу лета дождаться, а если Михей меня до новой зимы к себе не возьмет, зачахну у вас.

– Ох, же ты как стала смела! Ничего, пожалуюсь дядьке, найдет на тебя управу.

– За меня княгиня заступится.

– И той достанется, развели зверюг в доме, да еще каких ведь зверюг. Знаю, знаю, откуда ветер дует… Без Незримой Силушки тут не обошлось.

И так все хорошо и дружно переждали зиму в Гнездовье. Ради баловства препирались, а чаще долгими темными вечерами собирались в общих покоях, пряли кудель, мотали шерстяные клубки, шили приданое следующей невесте в змеиной родне. Сказы сказывали да пели протяжные долгие песни.

Вместе с Радуней и Михеем навестила Леда под день Карачун просторный двор Теки. Едва сдержала изумленный возглас, узрев, как топорщится под клетчатой поневой живот у довольной подруги. Та похвасталась шепотком:

– Прибавку ждем по весне, уж недолго осталось. Благодарствуем за подарочки. Не угодно ли наших пирогов отведать? Устин вчерась гольца наловил богато. И тестице славно выпрело.

Леда скинула теплую шубку в избе, сидела на лавке близ жаркой печи, оделяя двух приемных девчушек Теки печатными пряниками с медовой начинкой. И на каждом-то маленький «дракончик» выбит. Такой же дракончик желтоглазый висел на шее Княгини. Такой же на груди у любимого мужа был нарисован. Разглядела до мельчайшей черточки, расцеловала каждую крапинку.

– Годар, я вот думаю, если будет у нас сынок, позволишь Радмиром назвать?

– Радмир – радетель за мира, миру радость… доброе имя. А, может, уже и меня порадуешь, не все же с сестрицей по углам шептаться.

– Я сомневаюсь немного, но Арлета сказала, кажется, да… Обождать маленько еще и яснее станет. Ой, ну что ты, что, меня сейчас так нельзя сильно обнимать. А вдруг уже правда все…

– Радость ты моя, конечно, все правда, давно знаю, ждал пока сама откроешься. Чувствую его… Крохотное зернышко совсем, а сердечко уже стучит. Сильное, храброе сердечко. Наше с тобой, но и само по себе чуток. Пусть он мудрее нас станет, больше увидит, больше сделает.

– А ты научишь его летать, Годар?

– Я расскажу ему – кто он есть, а летать он выучится сам, как настанет время. Не тревожься, родная, всему свой срок. В каждом из нас от рождения дремлют великие силы рода. В каждом из нас спрятан труд всех поколений. Мы лишь ступеньки - через нас люди дальше пойдут, все выше и выше к небу. А чтобы достать до Луны, порой даже летать не надобно.

– Если Луна сама пожелает к тебе спуститься. Прямо в горячие руки. Тому, кто искал и ждал.

– Умница ты моя, нежная, светлая, отрада жизни. Светишь мне в самой темной ночи, избавила от тяжелых пут, и продлишь меня в детях. Знать, так пожелали Боги.

– Так пожелали мы, а они нас услышали.

– Твоя правда, ладушка… Только пожелай с добром, и сбудется все по Их воле. Значит, будет у нас Радмир?

– Верю в это, Годар. Может, как раз дядюшка его возвернется из Нижнего мира, может, сам уже станет отцом к той поре.

И будет летом новый праздник в Гнездовье. Много их еще впереди, много солнечных дней и теплых лунных ночей.

Да хранят Светлые Боги эту родную, милую землю во веки веков!

Круголет (задушевные сказы). Бонусные главы

Весенняя страда

Горьки родины, да забывчивы

Кот Милаш дымчатого окраса развалился на ворсистом половике, жмурился от удовольствия, сказки сказывал детишкам:

– Ну, что разбаловались, мышатки мои? Али не чудна басенка? Слухайте тогда дальше… А третья девица молвит: «Ежели на мне женится князь, рожу ему трех сыновей, у каждого по колено ноги в золоте, по локоть руки в серебре, во лбу красно солнышко, а на затылке светел месяц».

– После грустное станет, - заныла Аринушка, дергая пушистую няньку за хвост. Беззлобно, но ощутимо.

– Как начнется, так и кончится все худое, надобно и про печаль слушать. В жизни тоже, небось, не один лишь мед, - строго постановил Радмир.

Аринушка только вздохнула и поближе к Леде подсела:

– Я за маменькой соскучилась, отвезите меня домой.

Кулачками глазки натерла, вот-вот заплачет маленькая. Леда девочку на колени усадила, подула на мягонькие волосики у лба.

– Погости у нас еще, заинька! Скоро мама тебе братишку добудет.

– Не хочу братишку, девочка уж куда лучше, я с ней стану в куклы играть, буду ее сама нянчить.