Я усмехаюсь. Половину времени я гадаю, слушает ли он меня на самом деле или просто придумывает в своей голове новые ситуации, достойные песни.

– Он не сгорел. Каталог был оцифрован, но произошла утечка данных, и все стерлось.

– А, ну да. Так и есть. Моя версия была лучше.

– Твоя версия была выдумкой! В общем, к счастью, они не уничтожили ни один из оригиналов, но на их повторную оцифровку уходит целая вечность, а женщина, которая руководит отделом, отказывалась рыться в коробках ради меня, помнишь?

– Ага. Так она наконец сдалась?

– О. Нет, – отмахиваюсь я. – Я уговорила одного из её сотрудников, и теперь она злится. Её письмо было максимально пассивно–агрессивным. Она даже подписала «с уважением» в конце. Но всё равно прислала документы. Причём в мой день рождения! Это лучший подарок на свете!

Его губы дёргаются.

– Ну, я думал, мои панкейки с веснушками были довольно хороши.

– Они тоже были лучшими. Но послушай... – Я делаю паузу для драматического эффекта, и он наконец улыбается. – Рэймонд Локлин действительно спал с сестрой Дарли, Долли. Более того, – торжествующе говорю я, – он женился на ней!

– Да ну?

– Да. Свидетельство о браке было зарегистрировано в округе на калифорнийской стороне озера Тахо. Они поженились через шесть месяцев после даты, указанной в свидетельстве о смерти Дарли. Это примерно совпадает с тем временем, когда Рэймонд был с Дарли, так что вполне логично предположить, что у них с Долли действительно был роман. – Я киплю от восторга, расхаживая по пирсу. – И у меня также есть договор купли–продажи на дом в Рино, но потом они его продали и указали свой новый адрес в Олбани. Знаешь, что это значит?

– Хочу ли я знать?

– Игра началась! – объявляю я. – И она направляется в Нью–Йорк. В цифровом смысле. Я переношу свои поиски в Нью–Йорк.

– Завалишь все эти ничего не подозревающие округа своими запросами?

– О, чёрт возьми, да. Мне нужно взять ноутбук...

Я останавливаюсь, замечая знакомую лодку. Идеально. Это Спенсеры. По крайней мере, они оценят эти новости.

– Ребята, – кричу я. – Я, кажется, вышла на след Долли!

– Как, чёрт возьми, тебе это удалось? – спрашивает Большой Спенсер после того, как они глушат двигатель в десяти футах от нашего пирса. Их лодка покачивается на воде. – Мэри из архива отказывалась уступать, сколько бы мы ни флиртовали.

– Потому что ты ужасно флиртуешь, – сообщает Маленький Спенсер своему партнёру. – Просто кошмарно.

– О, и у тебя получилось, когда ты пытался? У нас есть эти записи, Спенсер? – Большой Спенсер подносит руку ко лбу и делает вид, что что–то ищет. – Я что–то не вижу этих записей.

Маленький Спенсер выглядит смущённым.

– Ладно. Мы оба были никудышными в обольщении Мэри.

– Никто не может обольстить Мэри, – уверяю я их. – Я завербовала её подчинённого Кайла.

Большой Спенсер тяжело вздыхает.

– Конечно, Кайл. Кайлы такие тупые. Они сделают что угодно ради киски.

Его партнёр фыркает.

– Говорит гей, который понятия не имеет, на что гетеросексуальные мужчины пойдут ради киски.

– Я бы порылся в паре пыльных коробок ради киски, – предлагает Уайатт, и я поворачиваюсь, чтобы уставиться на него. – Ну, не ради любой киски, – поправляется он. – Ради твоей, очевидно.

Спенсеры заливаются смехом.

Следующие несколько минут я ввожу их в курс дела о том, что мне удалось раскопать за эту неделю, пока Маленький Спенсер ахает и охает в нужных местах, а Большой Спенсер кивает – с серьёзным видом.

Пока мы с Маленьким Спенсером обсуждаем брак Рэймонда и Долли, я замечаю, что Уайатт ухмыляется, но в его глазах мелькает странный огонёк.

– Что? – ворчу я на него.

Он поправляет солнечные очки.

– Ничего. Просто вы забавные. Такое чувство, будто я смотрю ток–шоу с двумя чересчур восторженными ведущими – только они меня не бесят.

Маленький Спенсер снова ахает.

– Это самое приятное, что мне когда–либо говорили.

– Когда–либо? – сухо спрашивает его партнёр.

– Ну, сегодня. – Он снова поворачивается ко мне. – Тебе стоит прийти на подкаст! – раздаётся ещё один возглас. – Ты должна стать моей соведущей!

– Ага, конечно.

– Я серьёзно, – настаивает он.

– Не думаю, что я достаточно интересна для подкаста.

– Ты не будешь рассказывать о своей жизни, – замечает Уайатт, и я не могу поверить, что он поддерживает эту идею. Любое начинание со Спенсерами кажется утомительным. – Ты будешь обсуждать актуальные темы. Ну, знаешь, привидения, вампиров или что там у вас. – Последнюю часть он адресует Спенсерам.

– Не знаю, – пожимаю я плечами.

– Хотя бы согласись на эпизодическую роль, – умоляет Маленький Спенсер. – Мы можем записать эпизод о Дарли. И если между нами возникнет сумасшедшая химия, может быть, мы зайдем дальше.

– Конечно, я согласна, – говорю я, потому что почему бы и нет. Я бы не против поболтать о Дарли.