– Стелла – это катастрофа, так что да. Но Айви слишком мила, чтобы лезть в чужую сексуальную жизнь.

Мы подходим к аптеке, где я открываю перед ней дверь, за что получаю от Блейк широкую улыбку. Она всегда так радуется, когда я делаю элементарные вещи – например, открываю перед ней дверь или отодвигаю стул, – и я невольно задаюсь вопросом, что же за дикарь был этот Айзек Грант. Мудак точно её не заслуживал.

Мы идём прямо к отделу планирования семьи, но обнаруживаем, что полка, на которой обычно лежат средства экстренной контрацепции, пуста.

– Может, они держат их за прилавком? – говорит Блейк.

– Пойдем спросим.

К моему ужасу, когда мы подходим к прилавку, мужчина в белом халате качает головой и говорит:

– Извините. У нас они закончились.

– Можете позвонить в другие аптеки и проверить, есть ли у них? – с тревогой в голосе спрашивает Блейк.

– Боюсь, у всех та же проблема. Был дефицит из–за проблем с поставками, запасы и так были низкие, а потом тот мудак, который баллотируется на пост, решил сделать запрет экстренной контрацепции одним из пунктов своей предвыборной кампании, и это вызвало панику. Клиенты начали скупать запасы, и вот что получилось.

Чёрт.

В его глазах появляется сочувствие, когда он замечает наши разочарованные лица.

– Заказ приходит в понедельник, – говорит он.

– Но сегодня суббота, – беспокоится Блейк. – В понедельник ещё будет эффективно?

Фармацевт кивает.

– Он эффективен до семидесяти двух часов. Когда был половой акт?

Я подавляю нервный смех. Мне двадцать четыре года, но словосочетание «половой акт» по–прежнему вызывает у меня чувство неловкости.

– Часов восемь назад?

– Тогда вы успеваете. Я приду в понедельник утром. Если вы оставите мне свой номер, я отложу одну упаковку, когда придёт поставка, и вы сможете её забрать.

– Спасибо, – благодарно говорит Блейк, пока фармацевт протягивает через прилавок ручку и бумагу.

Мы выходим из аптеки с пустыми руками, и всю дорогу до джипа Блейк нервно покусывает нижнюю губу.

– Эй, всё будет хорошо, – уверяю я её. – Это всего лишь подстраховка. Мы же не в окне фертильности, помнишь?

Она медленно кивает.

– Да.

– Всё будет хорошо, Веснушка. – Я беру ее за руку и переплетаю наши пальцы. – Давай. Поедем домой и приготовимся к приезду цирка.

Без названия

Глава 31. Блейк

Глава 31. Блейк

Это будет долгий месяц

Первое правило семейного лета на озере Тахо: Приезжай и уезжай, когда тебе вздумается.

Второе правило: Оставайся, сколько хочешь.

Третье правило? Прими хаос.

Каждое лето, как по расписанию, в доме у озера воцаряется настоящий хаос. Это неизбежно, когда в одном месте собирается так много людей, и большинству из них чуть больше двадцати. А это значит, что будут вечеринки. Выпивка. Грязные разговорчики. И, судя по всему, в этом году будет до хрена бадминтона.

Сетки готовы, но мой партнёр приедет только вечером. Он писал всё утро, что нам нужно найти тихое место для обсуждения стратегии в наносекунду после его прибытия. Да, именно в «наносекунду».

Первыми приезжают Такеры. Алекс входит, вышагивая как супермодель. У неё темные блестящие волосы, большие карие глаза и тело, за которое большинство женщин убило бы. Большая грудь, тонкая талия, упругая задница, длинные ноги. Всё натуральное, каждый дюйм от макушки до пят. Она – вылитая мать, Сабрина, а её старшая сестра Джейми унаследовала от отца рыжие волосы и выглядит не менее сногсшибательно.

Они приветствуют нас объятиями и поздравлениями с днём рождения. Алекс отводит меня в сторону и говорит:

– Поднимись, когда я закончу распаковывать вещи. Я привезла тебе кое–что из Милана.

– А я привезла тебе кое–что из Парижа, – отвечаю я с улыбкой. – Потому что пропустила твой день рождения. – Он был весной.

– Как прошло твоё лето? – спрашивает Сабрина, переводя взгляд с меня на Уайатта. – Вы тут ладите?

– Блестяще, – легко говорит он, и Сабрина прищуривается.

Чёрт. Неужели она что–то чувствует? Знает, что мы занимались сексом?

К счастью, Такер зовёт жену, и её внимание переключается на него. Потом они вчетвером поднимаются наверх устраиваться в своих комнатах.

Мои родители приезжают парой часов позже, с родителями Уайатта. Они все прилетели одним рейсом из Бостона.

– С днём рождения! – говорит мама, заключая меня в крепкие объятия. Когда она отстраняется, то всматривается в моё лицо и улыбается. – Хорошо выглядишь. Загорелая и отдохнувшая.

Папа обнимает меня следующим, после чего также внимательно оглядывает.

– Мы уже пережили ту картофелину?

Я закатываю глаза.

– Пережили ещё в тот самый день, когда слили его картофельную порно–запись.

Папа фыркает.

– Вот это моя девочка. – Он смотрит на маму, когда она тянется к чемодану. – Я возьму его, красавица. Иди, пообщайся с нашей девочкой.