Я глубоко вдыхаю, сжимая руки перед собой. Пытаюсь подобрать правильные слова, чтобы объяснить всё это не только очевидным фактом истинной связи.

— Потому что с тобой всё иначе… — вздыхаю я, проводя рукой по волосам. — Брук, ты первая девушка, которую я вообще… уважал. — Брук опускает взгляд на асфальт и переступает с ноги на ногу.

— Это всё слишком, — тихо говорит она. — Мне нужно время, чтобы уложить всё это в голове. Если ты правда меня уважаешь, ты мне это время дашь.

Её глаза снова встречаются с моими, и мне кажется, будто грудь сейчас разорвёт. Я не уверен, что выдержу, если она снова уйдёт от меня этой ночью, — хотя официально она ещё не отвергла меня как пару, пока нет. Если я дам ей время, значит, у меня, может быть, ещё остаётся шанс, возможность всё повернуть. — Хорошо, — выдыхаю я.

Она сжимает губы и кивает. — Хорошо.

Блядь, притяжение истинной связи настолько сильное. Оно буквально толкает меня к ней, заставляет хотеть подойти, обнять, удержать. Но… я не могу.

Брук поворачивается и тянется к дверной ручке. Заходит обратно в дом стаи и закрывает за собой дверь.

Я ещё несколько минут просто стою и смотрю на дверь, надеясь, что она передумает. Надеясь, что она сейчас выбежит наружу, бросится мне в объятия и позволит поцеловать её так, как я действительно хочу.

Я не знаю, сколько ей нужно времени, но я дам ей его, если придётся. Даже если это ожидание будет невыносимым. Даже если время — это единственное, чего у нас как раз и нет.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Брук

— Как я вообще туда вернусь? — бормочу я, бессмысленно глядя в пол. — Мне кажется, я не смогу…

— Хватит, — резко говорит Фэллон и бросает мне легинсы. Я поднимаю голову как раз в тот момент, когда они почти прилетают мне в лицо, и ловлю их на лету.

— Ты намного сильнее, чем сама о себе думаешь. Ты справишься.

Обычно подбадривания Фэллон работают, но сегодня даже она не может заглушить мои навязчивые сомнения. Я ценю, что она пытается меня поддержать, но она понятия не имеет, через что я сейчас прохожу, — её опыт истинной связи был, чёрт возьми, идеальным, просто сказочным! А меня до сих пор трясёт от моего собственного.

Я спускаю с бёдер шорты для сна, которые Фэллон одолжила мне на ночь, и пинаю их в сторону.

— Я не хочу, чтобы кто-то знал, пока сама не пойму, что собираюсь делать, — бурчу я, встряхивая легинсы и натягивая их. Я вытягиваю руки вперёд, и Фэллон бросает мне футболку. Я снимаю ту, в которой спала, и надеваю новую.

— Эй, я никому ничего не скажу, — тихо отвечает она. — Но ты не сможешь вечно от этого прятаться, Брук. Тебе придётся с этим столкнуться, столкнуться с ним. И посмотреть, сможете ли вы как-то всё между собой решить.

— Да, — вздыхаю я. — Я знаю.

Смешно, но мне кажется, будто я уже вела с Фэллон точно такой же разговор в прошлое полнолуние, только тогда мы были по разные стороны — это я уговаривала её встретиться лицом к лицу с Греем и полной луной. Для неё всё это, конечно, закончилось куда лучше, чем для меня.

В дверях появляется Грей, стучит костяшками по косяку одной рукой, а другой закрывает себе глаза. — Вы, дамы, одеты?

Фэллон хихикает и тут же подбегает к нему. — Да. — Она поднимается на носочки и обвивает руками шею своей пары. — Я как раз говорила Брук, что она больше не может прятаться, ей придётся посмотреть всему этому прямо в лицо.

— Да, насчёт этого… — рычит Грей, обнимая Фэллон за талию и глядя через её голову в мою сторону. — Брук, можно с тобой на минутку поговорить?

Ой-ой. У меня сердце ухает куда-то в пятки, будто меня только что вызвали к директору. Всё дело в этой альфьей ауре — той власти, которая исходит от Грея.

— Конечно, — робко отвечаю я. — Что случилось?

Грей целует Фэллон в макушку и, чуть отстранившись, смотрит на неё. — Малышка, дашь нам минутку? — тихо спрашивает он.

Сестра кивает, сияя ему улыбкой, и, проскользнув мимо него, выходит за дверь. — Я буду внизу.

Я слышу, как она уходит по коридору, а Грей подходит к кровати, садится на край и похлопывает по месту рядом с собой. Он улыбается мне, и от этого мне сразу становится чуть спокойнее. Я невольно улыбаюсь в ответ, пока подхожу и сажусь рядом, поджав под себя одну ногу, — он очень хороший, и в моей жизни он действительно постепенно становится тем самым старшим братом, которого у меня никогда не было.

— Я знаю, что ты пока не готова говорить с Тео, — говорит он, пока я опускаюсь на кровать. — Но мне показалось, что я всё-таки должен вставить свои пять копеек. Ты теперь мне как сестра, но и Тео мне тоже как брат.

— Я знаю, — бормочу я. — Но, Грей, он…

Грей поднимает руку. — Просто послушай. Я знаю Тео давно. Иногда мне кажется, даже слишком давно, — усмехается он, проводя пальцами по волосам. — И раз он сказал мне, что хочет всё исправить… что ж, я ему верю. Я никогда не видел его таким. И никогда не видел, чтобы он ради чего-то так старался.

Я прикусываю нижнюю губу, уставившись себе на колени.