Я понимала, почему поддержка Клэр настолько эмоциональна. Они женаты с Алексом уже пять лет, у них идеальные взаимоотношения, и я не могла не задаться вопросом – почему у них до сих пор нет ребёнка? Я точно не знала – из-за проблем со здоровьем, или Алекс попросту был не готов к такому шагу? Но зато я точно видела, как горячо этого желает Клэр! Она так искренне приняла и расположила к себе Макса, что сомнений не оставалось – она давно готова и давно мечтает об этом.

Прошел уже почти месяц, как мы поселились в их просторном доме… Господи, месяц! А для меня будто целая жизнь прошла. Я думала, новое место поможет мне хоть немного отвлечься. Красота большого родного города, который успел разрастись до неузнаваемости за те семь лет, что меня здесь не было, затягивающая, неизбежная суета, период адаптации…

Но черта с два я угадала.

День я еще жила: вставала, ела через силу, решала всякие формальные вопросы, которые возникали с этим переездом. Но когда приходила ночь… Когда я оставалась наедине с собой, вот тогда боль занимала свое коронное место и начинала испытывать меня по-настоящему. Раскалённая волна спускалась по внутренностям, сгибая меня пополам и вырывая из груди горячие рыдания. Это невыносимо, словно я переживала настоящий ад наяву! И когда я чувствовала, что уже почти на краю – вставала в тишине ночи, шла в комнату Макса и сворачивалась в клубок рядом с ним на кровати. Вдыхала детский запах, слушала мерное дыхание, и боль постепенно отходила. Настолько эффективно, что меня почти сразу уносило в глубокий сон.

Он оказался моим спасением. Как единственный глоток воздуха, благодаря которому я все еще жила. И он так похож на Абеля… Просто до холодных мурашек на коже, когда улавливала это сходство даже в движениях.

Максу тяжело дался этот переезд. Он стал закрываться в себе. Не часто, но достаточно явно, чтобы заставить меня переживать. Иногда казалось— сын чувствует эту боль, что точно ядовитое облако витало вокруг меня. И я винила себя за слабость. За то, что не всегда могла скрыть от него свой беспомощный и потерянный вид. Особенно после не частых, но регулярных звонков Абеля…

Кажется, каждый день, каждую минуту я проводила в их ожидании. Но когда это происходило, испытывала такую боль, будто меня ножом протыкали прямо в сердце.

Эти минуты разговора убегали, как песок сквозь пальцы. Хотя Абель был сдержан и немногословен. Все сводилось к вопросам о сыне, успешном пребывании на новом месте и уверенности в нашей безопасности.

С Максом его общение проходило более открыто и уверенно. Только с каждым разом я все больше замечала обиду и негодование в глазах сына. Он уже все прекрасно понимает. И это пугало меня, потому что я не знала, как правильно вести себя в такой ситуации. Я боялась ь не справиться, но у меня нет выбора! Ему не на кого положиться, кроме меня. И я должна найти силы и принять верные решения, чтобы стать для Макса надёжной опорой.

* * *

В отличие от Абеля, звонки от Бренды были чуть ли не каждый день, но только с единственной целью – услышать внука. На ней эта разлука сказывалась намного тяжелее, чем казалось всем остальным. И только Вик брала весь груз заботы и внимания о моей душе. Она терпеливо слушала горечь моего голоса и не велась на попытки убедить ее, что у меня все хорошо. Она стала моим главным звеном, соединяющим Стоктон и Финикс. От нее я могла получить хоть какую-то информацию о членах клуба, хотя Принц, несмотря на их близость, не торопился чем-то делиться, прекрасно понимая, что этот посыл идёт от меня. И я не думаю, что из плохих намерений. Скорее всего, он просто хотел защитить меня от лишних переживаний. Даже на расстоянии. И в общем-то, это успешно у всех получалось. Можно сказать, я была полностью отделена от того, что происходило в Стоктоне.

Никто не знал о моей беременности. Кроме Алекса и Клэр – никто. Даже Вик. Хотя от нее я не собиралась это скрывать, просто последнюю неделю никак не могла дозвониться до подруги. Гудки шли, я оставляла сообщения на автоответчик, но она так и не перезванивала. И надо заметить, хоть я и пыталась держать свою фантазию в руках, это заставляло меня испытывать навязчивую тревогу. Потому что последние несколько дней на мой телефон не поступало ни одного звонка из Стоктона. Ни от кого. Я надеялась, что эта тишина – просто совпадение, но решила, что если до конца недели все будет продолжаться в том же духе, я не буду больше ждать. Я начну выяснять причины!

Глава 23

Под чутким вниманием Клэр я уже записалась к акушеру-гинекологу, отделение которого находилось в этом же здании, и мы вместе покинули больницу. Отходя от главного входа и уже направляясь к парковке, я вдруг оглянулась, когда что-то привлекло мое внимание. Карета «скорой» с раскатистым воем сирен подъехала к отделению экстренной помощи, из стеклянных дверей которого уже выбежали сразу несколько людей в халатах. Не прошло и минуты, как возле отделения появились по меньшей мере еще три машины «скорых», и тревожная суета, которая происходила там, дошла неприятным, паническим осадком даже до нас.