По крупицам собирая свою волю и заставляя легкие работать, я в какой-то момент выпрямилась и направилась к раковине. Плеснув в лицо холодной воды, я ощутила эмоциональное облегчение и, уже вытираясь, почувствовала, как изнутри накатило неожиданное недомогание. Хмуро отложив полотенце, я направилась к выключателю, но, сделав пару шагов, замерла, чувствуя новую волну, которая кислым привкусом осела во рту. Проглотив горькую слюну, я приложила ладонь к животу, где желудок сжимался от непроизвольных спазмов. Сделав пару вдохов, я рванула назад к раковине, над которой меня и вывернуло до болезненной слабости.

Прекрасно. Только гриппа мне не хватало!

* * *

Сумки уже были уложены во внедорожник Алекса, возле которого в данный момент Викки старательно увлекала Макса какой-то считалкой. В стороне с задумчивым видом курила Бренда, косо наблюдая за моим братом, который, поджав губы, слушал сдержанные указания Абеля. Джем и Каро должны были сопровождать нас до самого Финикса, что воспринялось им довольно негативно. Однако, Абель умел быть убедительным и нашел слова, которые стали точкой в этом решении.

Я же в это время с хмурым и отстраненным взглядом обходила комнаты дома, чтобы в последний раз убедиться, что я ничего не забыла. Мое внимание было рассеянным, потому что грудь невыносимо сдавливало беспощадной, щемящей тяжестью. В суете я ещё как-то забывалась, могла отвести эмоции на второй план, но сейчас, оставшись наедине с собой, без прикрытия и масок – я оказалась беззащитна перед реальностью. Да ещё и навязчивая вялость, которая не отпускала меня с вечера сочельника, начинала всерьёз беспокоить. Но пока температуры не было, я надеялась, что противопростудные быстро справятся с моим недомоганием.

Оглянувшись в зале, я подошла к камину, задержав внимание на стоящих в ряд семейных фото. Прерывисто выдохнув, я с болезненной горечью запечатлела наши беззаботные лица в том моменте, где, казалось, меня никогда не было…

Хорошо, что времени тонуть в эмоциях уже не оставалось.

Проглотив тяжёлый ком, я насильно опустила подавленный взгляд, который тут же сосредоточился на кольце на пальце моей левой руки. Мне хватило всего мгновения, чтобы немного заворожиться его красотой, прежде чем я решительно сняла золотое обозначение нашего с Абелем союза и оставила на деревянной полке камина. Как раз возле фотографий, олицетворяющих этап жизни, который я теперь должна была отпустить.

* * *

Сердце подпрыгивало в груди, но не от радости, а от эмоций, что царапали меня гвоздями изнутри, оставляя незаживающие раны. Очень крепкие объятия с Викки, в которых я была готова задохнуться, только бы не отпускать ее. Сдержанные, но тёплые – с Принцем, Роком и Монголом, которые утешали меня искренними, участливыми взглядами. Прохладные и неизбежные – с Брендой, которая нашла в себе силы улыбнуться и дать строгое напутствие – беречь Макса.

Я не знала, все ли осведомлены об истинных причинах моего отъезда? Но однозначно, это омрачало сегодняшний день всем. В том числе и Абелю, на лице которого отразился целый спектр тяжёлых эмоций, когда он прижимал к себе Макса, прежде чем усадить его в машину. Именно в тот момент я не смогла сдержаться и отвела взгляд, который застелило дрожащими слезами. Вся его боль будто передалась мне, и я пропустила через себя каждую ее грань.

Ко мне Абель подошёл последним. Пряча взгляд, я не могла произнести ни слова и все смотрела на статусную нашивку его грозной косухи. В какой-то момент тёплая рука слегка коснулась моей похолодевшей ладони, и я услышала тихое прощание:

– Мне очень жаль, что я заставляю тебя проходить через это, – его голос как будто на неуловимый миг застрял в горле, прежде чем прозвучало твёрдое: – Береги себя…

Я прерывисто вдохнула и, подняв голову, позволила себе ещё раз окунуться в серо-голубое озеро глаз, которые еще долго будут преследовать мое сознание. Мои пальцы слегка дрогнули и провели по его горячей ладони во взаимном жесте.

– Ты… – с трудом смогла произнести я, разомкнув губы. – И ты, пожалуйста… береги себя!

* * *

Абель.

Не знаю, зачем я решил пойти в дом, вместо того чтобы сразу сорваться по своим делам. Наверное, гребаный мазохист во мне проснулся… Захотел убедиться, несколько здесь стало пусто и гадски холодно после их отъезда. Убедился.

Это больше не дом, а склеп, где похоронена последняя светлая часть моей души.

Походил из комнаты в комнату, а нутро все больше скручивало, как от удара штыком. Уже собирался уходить, чтобы совсем не задохнуться от разъедающего серого мрака в воздухе, но что-то привлекло мое внимание.

Незначительная деталь, сверкнувшая рубиновым оттенком. Осторожно подошёл к камину, будто боялся увидеть то, о чем успел догадаться. Так и есть. Обручальное кольцо.