Тим упорно говорил о том времени, которое уже не вернуть и не пережить по-другому, а я уже перестала следить за разговором, потому что в голове творился безотчетный сумбур. Мысли, ассоциации кружились в лихорадочном танце, изводя меня, потому что этот поток невозможно было выстроить хоть в какую-то единую картину.

– Элли? – послышался взволнованный голос.

Я даже не поняла, что зажмурилась от горячей волны, что раскатилась в голове. Страшно стало… Ощущение, будто где-то там лопнул сосуд, и густая кровь растеклась по воспаленному мозгу.

В какой-то момент теплые руки легли на мое лицо. Тим попытался открыть мне веки, чтобы проверить зрачки. Его лицо было встревожено, а в глазах отразился блеск профессионального внимания.

– Сиди спокойно, – строго велел он, удерживая пальцами мое запястье, чтобы просчитать пульс. – Сейчас, если криз пройдет, поедем в ближайшую клинику!

Глядя на Тима, который сидел на коленях возле меня, я в какой-то момент не спеша выпрямилась на стуле и оглянулась по сторонам. Это внезапное состояние длилось всего несколько минут, которые мне показались вечностью, но оно прошло так же резко, как и появилось.

– Все в порядке, Тим, – произнесла я спокойно и уверенно.

Он оторвался от часов и впился в меня изучающим взглядом. Я выдержала его внимание, даже не моргнув. Медленно поднявшись, он принял скептический вид и настойчиво изрек:

– Я так не думаю, – развернувшись к своему стулу, Тим стянул с него пиджак. – Лучше ехать к нам. Мой хороший друг – один из лучших нейрохирургов в штате…

– Это лишнее, – возразила я, хмуро поднимаясь и рассеянно оправляя пальто. – Извини, мне нужно идти!

– Что?.. Подожди, Элли, ты же не можешь так халатно относиться к своему здоровью! – Тим остановил меня за локоть, настойчиво повернув к себе. – Тебе нужно провериться – это может быть очень серьезно!

Я некоторое время упрямо смотрела в карие глаза, но в какой-то момент мои губы задела задумчивая улыбка.

– Спасибо за заботу, Тим, – произнесла я спокойно, высвобождая локоть. – Я обязательно проверюсь, но что бы это ни было, сейчас уже все хорошо!

Он смотрел на меня в недоумении и, видимо, так растерялся, что больше не делал попыток препятствовать. Я уже уверенно направилась к выходу, но буквально через несколько шагов резко остановилась. Медленно обернувшись, я задумчиво произнесла:

– А ты ведь так и не признался.

Тим нахмурился, а в его взгляде пронеслось замешательство.

– Нас разлучило не расстояние, и даже не приведенные тобой "обстоятельства", – пояснила я, пристально глядя на него, – а девушка, которой ты увлекся сразу после моего отъезда.

* * *

Влетела в дом Алекса и Клэр, как будто бежала от погони. Возле дома не было их машин, но я с необоснованным упорством считала, что обязательно увижу одного из них. Однако, обогнув несколько комнат, я нашла лишь нашу домработницу Иду на кухне. Упитанная женщина с приятным лицом что-то беззаботно напевала на своем родном испанском, колдуя над плитой. Аромат жареных стейков заставил меня пропустить спазм в желудке. Ида успела поприветствовать меня, прежде чем я вылетела из кухни, зажимая рукой рот.

Над унитазом ближайшего туалета меня сложило несколько раз. После я осела прямо на пол, прислонившись спиной к стене. Сглотнув кислый привкус во рту, я ладонью вытерла слезы и, царапнув себя распятием, невольно сосредоточила на нем измученный взгляд. Гипнотизировала некоторое время, все больше хмурясь.

– Абель… Черт тебя подери! – прошипела я, сокрушенно накрыв голову руками.

В груди разнеслись горячие удары сердца, от которых было практически невозможно унять бешеное желание скорее оказаться в Стоктоне! Как угодно, на чем угодно – мне нужно туда попасть…

Это распятие – каким-то образом с него и началось мое прозрение. Я просто поняла, что у меня никогда не было такого распятия. Ни во время аварии, ни до нее. Абель преподнес мне подарок, так тщательно изображая равнодушие и незначимость.

Пропустив волну гнева, я спешно поднялась и, кинувшись к раковине, прополоскала рот.

Маленькая деталь смогла поднять из глубины все, что так долго было мне недоступно. Собирая по звеньям цепочку воспоминаний одно за другим, заполняя пробелы и все больше набирая скорость, точно неуправляемый маятник. Очень неохотно приоткрылась тяжелая дверь, и все же – я вспомнила! Все вспомнила, даже страшно стало от того, сколько скрыто было в этой темноте.

В какой-то момент мой взгляд сам задержался на моем отражении.

– Ну, привет, маленькая, – осипшим голосом произнесла я. – Я вернулась. Так что будь уверена – я больше никому не дам тебя в обиду!

* * *

Мне стоило больших усилий дождаться, когда входная дверь наконец откроется. Да. Практически весь день я сидела чуть ли не на пороге и ждала! Ничего не делала, даже в Стоктон звонить не пыталась. Разве что рюкзак собрала в дорогу.