Скрылась прямо у нас из-под носа. Я отвлекся на разговор с сестрой и потерял её из виду. До смерти испугался, когда прошёл час, затем второй, а она всё не появлялась. Меня до трясучки насторожила мысль, что Эсмера может что-то с собой сделать. Я боялся, как пугливый щенок, впервые открывший глаза.

Но, вопреки всему, она не сломалась. Я, глупец, подумал, что она собралась топиться, а вместо этого Эсмера преспокойно валялась на пляже.

Как оказалось, чертовски сложно кем-то дорожить и проявлять терпение, потому что один её шаг способен поставить меня на колени.

Тихий голос резко приводит в чувства:

— Пап, можно я поеду к сестре? Мы так давно с ней не разговаривали, я с ума схожу от беспокойства!

Я поднимаю голову и вижу Клару. Девчонка каким-то чудом уже успела одеться и даже собрала портфель, чтобы не опоздать завтра в школу.

Она умоляюще хнычет, но её отец непримирим.

— Нет, дочка. Иди спать, не вмешивайся во взрослые разговоры.

Господи. Он реально это сказал?

Клара не отступает:

— Почему я не могу с ней увидеться? Я лучше всех знаю, на что она пошла ради тебя, — кидает хмурый взгляд в мою сторону.

Ладно. Этот укор я заслужил.

— Ральда поддерживала и меня, и маму. Бегала по адвокатам, а ты ополчился на неё из-за какой-то глупости!

— Глупости?!

Так. Стоп. Детский сад пора прекращать, а то еще наговорит ей всякого желчного дерьма, а мне потом придется успокаивать не одну сестру, а двух.

— Я уверен, что у нас найдется спальное место для Клары. Они просто пообщаются, а завтра утром мой водитель отвезёт её в школу. Не о чем беспокоиться.

Гаспаро тяжело вздыхает:

— Ладно. Всё равно ведь не уйдешь, — поворачивается к дочке, — как только вы приедете, позвони мне. Иначе весь Рим на уши подниму.

— Спасибо! — задорно взвизгивает и кидается ему на шею, после чего с опаской подходит ко мне.

Даже интересно, насколько Эсмера была с ней откровенна. Судя по всему, достаточно, потому что её глаза с неприкрытой злобой смотрят на мою протянутую ладонь.

— Давай поспешим, а то вдруг твоя сестра уснёт, и тебе придется ждать до утра.

Мы садимся в машину, после чего Клара насмешливо фыркает:

— Я не буду ждать! Разве сон может быть важнее меня?

— Готов поспорить, что не может, — охотно соглашаюсь.

Как только мы покидаем бедный район, я хрипло бросаю:

— Эсмера не знает о том, что я тебя забрал.

— Как это?

— Хочу её порадовать. Сделаем сюрприз, ладно?

Она кивает и расправляет плечи. Нутром чую, как собирается с силами, чтобы задать вопрос.

— Что ты хочешь узнать?

— Почему ты зовешь мою сестру Эсмерой? — сразу обращается на «ты». Это подкупает. Приятно видеть, что она не дрожит от страха.

— А почему нет? — пожимаю плечами. — Мне нравится.

— Логично, — скрещивает руки на груди, копируя любимую позу сестры, и резко спрашивает.

— Ты её бьёшь?

— Что?! — ошарашенно переспрашиваю. Я настолько сбит с толку, что едва не прозевал поворот.

Давно меня так никто не удивлял. Хлесткий вопрос ударил прямо под дых.

— С чего ты взяла, что я поднимаю на неё руку?

— А почему нет? — парадирует мой голос и недовольно шипит, как кошка. — Она не хотела выходить за тебя замуж, а ты её заставил. Откуда мне знать, на что еще ты способен?

— Нет, — горько хмыкаю. — Я не бью её. Боже, у меня и в мыслях не было хоть раз причинить ей боль.

— Но в итоге она всё равно пострадала, — смело возражает.

Не нахожусь с ответом, потому что мне, черт возьми, нечего сказать. Клара абсолютно права. Если бы не мой эгоизм и слепое желание завладеть Эсмерой, всё было бы гораздо проще.

Я так рьяно ненавижу тех, кто навредил ей, что это даже смешно. Я принёс ей столько проблем и, вопреки здравому смыслу, с легкостью списываю себя со счетов. Тупо повторяю в голове, что мне не нужна любовь и достаточно просто иметь её рядом, но при этом жестоко обманываюсь.

Проклятье. На деле я чертовски хочу, чтобы она меня любила.

Остаток пути мы проводим в молчании. Лишь возле входной двери Клара поворачивается ко мне и тихо спрашивает:

— Она с тобой счастлива?

Забавно. Её вопросы чётко бьют по оголённым нервам. Заставляют плавиться от сожалений и душевных терзаний.

Я приглашаю её внутрь и шепчу:

— Лучше у неё спроси.

Надежда обжигает горло и сдавливает грудную клетку. Правда в том, что я ни в чём не уверен, но отчаянно жажду услышать: «Да».

Хочу, чтобы она была счастлива.

Глава 24. Не бей в открытое сердце

Я дура.

Глупая и наивная идиотка, беспечно поверившая словам искусного лжеца.