Вот черт. Я подозревала, что мое имя вызовет много вопросов, но не стала его менять, поскольку могла запутаться. Я ведь не актриса и совсем не умею притворяться. Было легче встретиться с ним лицом к лицу, зная, что однажды он произнесет мое имя не с предвкушением, а со злостью и страхом.

— Какое у нее образование? Стаж?

Я усмехнулась, предугадывая, что именно ему сообщат.

Ты, Эрнест, будешь знать обо мне лишь то, что я тебе позволю.

Я и правда заканчивала архитектурный факультет. Мой папа всю жизнь был строителем, и мне жутко хотелось продолжить его дело. Вот только никаких стажировок и опыта работы еще не было, потому что я так и не смогла устроиться по профессии. Везде требовались либо деньги, либо связи, и я пролетала по всем показателям.

Но сейчас это было неважно. Я торжествовала, понимая, что определенно вызвала его интерес. Жаль лишь, что отчаянную радость душил на корню звериный страх.

Эрнест одобрительно кивнул и направился в другую сторону. Я с трудом смогла услышать его последние слова:

— Прекрасно. Сейчас же примите ее на работу, пусть немедленно приступает.

Спустя несколько часов.

Я встретилась с подругой и подлетела к ней, радостно ее обнимая. Велия оглушительно рассмеялась и похлопала меня по спине:

—Похоже, у тебя всё получилось?!

— Да! Передай еще раз мою благодарность Адамо. Если бы не он, я бы никогда не смогла так качественно подделать документы.

Я отстранилась и благодарно ей улыбнулась:

— Завтра мой первый рабочий день. И последний. Я получу записи с камер, которые докажут невиновность моего отца, и тут же покончу с этим.

— Чем быстрее, тем лучше, ведь тебя могут поймать в любой момент. Побежали скорее в магазин, а то мы и так опаздываем.

Я согласно кивнула и, окрыленная надеждой, поспешила вместе с ней на работу, еще не зная, что уже завтра мне придется переступить порог дома Эрнеста Мальдини.

На следующий день.

Мама с сестрой рано утром уехали к папе, чтобы привезти лекарства и передать их лечащему врачу. Еще вчера они несколько часов потратили на то, чтобы добиться с ним встречи, но их быстро осадили и «мягко» намекнули на то, что, если не хотят проблем, лучше бы им молча уйти.

Слушая их рассказ, я с трудом сдерживала себя и впивалась ногтями в кожу, абсолютно не чувствуя боли. Душа замерзла и покрылась ледяной коркой, истязающей и бьющей наотмашь. Я сражалась с собственным подсознанием и проигрывала, вспоминая его холодные, жестокие глаза.

Нет. Нет, я не сдамся. Даже если мне страшно, я останусь сильной.

Пройду через тропу, сотканную из стекла, и буду вести себя так, словно ступаю по лепесткам роз. Нежно, медленно и спокойно.

Прямиком через тернии и боль. Ради папы. Ради самой себя.

Я позавтракала и собралась, выбрав удобный, но элегантный костюм цвета топленого молока. Не была уверена, что выдержу и справлюсь с эмоциями, если вдруг снова окажусь с ним лицом к лицу и замечу его блуждающий и горящий взгляд, спускающийся от груди к талии, бедрам и ногам. Мне было по-настоящему страшно, и я позволила себе одеться так, как мне будет комфортнее.

Ведь главное дело уже сделано. Я устроена в компанию, сегодня же заберу запись и свалю оттуда к чертям.

И ты не успеешь мне помешать, Эрнест Мальдини, ведь я стану твоей наименьшей проблемой. Потому что, когда к тебе постучатся в дверь, ты спокойно подойдешь и откроешь, не зная, что обратно вернуться уже не сможешь.

Я подъехала к компании, расплатилась с таксистом и зашла внутрь стеклянного здания, на мгновение прикрывая глаза и собираясь с мыслями. У меня обязательно все получится. Папа будет гордиться мной, не зная, какую цену пришлось заплатить.

Направилась к стойке администратора, попутно разглядывая кабинет, в который мне придется попасть.

— Добрый день. Я — Эсмеральда Росси. Вчера была принята на работу. Сегодня мой первый рабочий день.

Девушка мило улыбнулась и спокойно ответила:

— Хорошо, сейчас посмотрю.

Пока она искала информацию, я быстро оглянулась и проверила камеры, которые должны были зафиксировать случившееся неделю назад и доказать невиновность моего отца. Нашла три камеры, установленные в разных углах.

Этого должного хватить. Лишь бы в тот день их никто не выключил.

Администратор выдала мне пропуск и сказала подниматься на двадцать седьмой этаж.

Я вежливо ее поблагодарила и направилась к лифту. Стоило мне оказаться на нужном этаже, как ко мне тут же подошла девушка, которая вчера проводила у меня собеседование.

Хотя, скорее всего, собеседование я прошла еще в тот день, когда впервые столкнулась с Эрнестом, задев его самолюбие.

— Начальство не так рано приходит, как вы.

Я замерла, не понимая, к чему была сказана эта фраза. Знала бы я, что последует за ней, то вообще бы не стала задаваться вопросами, а просто уносила бы оттуда ноги.

— Эрнест Мальдини ждет вас в офисе у себя дома.

Я настороженно переспросила:

— Не поняла?!