— Когда того требует ситуация. — Он одаривает ее еще одной белозубой улыбкой.

— Откуда вы родом в Америке? — спрашивает она, уловив его акцент.

— Калифорния.

— Я никогда там не была.

— Тебе следует. Там потрясающе.

— Как и ты. — Она игриво касается его руки. Моя лучшая подруга в ударе — это то еще зрелище. Мне нужно позаимствовать часть ее уверенности, если я хочу сохранить надежду провернуть обман века.

— Итак, расскажи мне, — Джульетта почти мурлычет. — Откуда ты знаешь Де Виль?

— О, мы давно знакомы. Моя семья ведет большой бизнес с ними.

— Правда? — Она проводит рукой по лацканам его пиджака. — Полагаю, это означает, что вы часто бываете в Англии?

— Ты зря тратишь свое время, милая. — К нашей группе присоединяется еще один мужчина и хлопает Грея по плечу. — Мой брат безумно влюблен в свою лучшую подругу из средней школы. Но, к несчастью для него, она прочно упекла его во френдзону. Ведь так, Грей?

Грей сердито смотрит на него. — Спасибо за напоминание.

— Не за что. — Он улыбается, показывая белые зубы и идеальную американскую улыбку. — Кстати, меня зовут Донован.

— Это Джульетта и Грейс, — говорит Грей.

— Рад с вами познакомиться. Откуда вы знаете Де Виль? — Спрашивает Донован.

— О, мы не знаем, — говорю я.

Донован замолкает на секунду, и мое сердце замирает. Неужели я только что совершила роковую ошибку? Ожидается ли, что каждый гость будет лично знаком с семьей?

— Мой совет? Держись подальше от неженатых. Они дьяволы не только по названию. — Он хихикает. — И женатые, конечно тоже. Их жены выцарапают тебе глаза.

Дыхание со свистом вырывается из моих легких, заглушаемое хихиканьем Джульетты. Я предполагала, что это будет сложно, с минами и ловушками на каждом шагу, но так рано облажаться не входило в мои планы.

Они втроем заводят разговор, пока я отключаюсь, сканируя толпу, хотя единственное, что я знаю, что ищу, — это мужчину примерно шести футов трех дюймов, с темными волосами и атлетическим телосложением. Это не совсем сужает мой выбор. Большинство присутствующих здесь мужчин, похоже, соответствуют этому описанию.

Как, черт возьми, я узнаю, кто из них Кристиан Де Виль, не спросив Грея или Донована напрямую? А учитывая, что он только что сказал держаться подальше от незамужних, это будет выглядеть слишком любопытно.

Пока я перебираю варианты, к нам подходит один из многих высоких темноволосых мужчин, но вместо того, чтобы остановиться, он коротко кивает Грею и Доновану, а затем проходит мимо.

Может ли это быть он? Я поворачиваю голову влево, отслеживая его движения. Он останавливается в нескольких футах от другого мужчины, который уставился в свой телефон.

— Кристиан, — говорит мужчина, хлопая его между лопаток. — Что, черт возьми, с тобой происходит?

Мне требуются все силы, чтобы не пялиться открыто, хотя ни один из них не обращает на меня никакого внимания. Презрение растекается по моим венам.

Вот и он. Моя цель. Моя жертва.

Убийца моих родителей.

Глава вторая

Кристиан

Костюмированный бал в самом разгаре, когда я встаю в углу и просматриваю электронное письмо от государственного секретаря Варфоломея, человека, отвечающего, помимо прочего, за Управление по охране труда и технике безопасности. Смесь облегчения и досады пронзает меня. Ублюдок заставил меня ждать четыре гребаных недели, чтобы подтвердить, что он похоронил правду об обрушении здания. Я мог бы надавить сильнее или напомнить ему об угрозе, нависшей над его головой, если бы он не выполнил мою просьбу, но я считаю, что такие вещи лучше сохранять максимально дружелюбными.

Кроме того, кто знает, когда в будущем мне может понадобиться использовать его тайного ребенка в качестве рычага воздействия.

Легкая улыбка трогает уголки моего рта, когда я читаю письмо, хотя я не чувствую, что победил. Два человека потеряли свои жизни отчасти из-за моих провалов. Они были далеко не безгрешны, но если бы я, блядь, выполнял свою работу правильно, у них не было бы шанса обмануть меня.

Мысль о том, что моя семья узнает, что произошло на самом деле, — это то, с чем я не могу, не буду мириться. И я не хочу, чтобы дети Грании и Дрю узнали, насколько сильно их родители способствовали собственной смерти. Я унесу правду с собой в могилу.

— Кристиан. — Николас хлопает меня по плечу. — Какого черта с тобой происходит?

Я засовываю телефон в карман и хмуро смотрю на него. — Что ты имеешь в виду?

— Не будь не догадливым. Ты сам не свой уже несколько месяцев. Тебя все еще беспокоит обрушение здания? Я могу что-то сделать?

— Я в порядке, — резко отвечаю я, и моей реакцией движут вина и страх. — Я только что получил весточку от Варфоломея. — Я понижаю голос. — В официальном отчете будет сказано, что это был несчастный случай. Он будет передан в СМИ завтра.

Николас наклоняет голову набок. — Это хорошо, правда?