– Мать Мэлис уже стара, и рано или поздно Бриза её сменит. Ты знаешь это. А ещё ты знаешь, чем чреваты амбиции Второго сына. Вспомни Дайнина и подумай о том, что твоего нового брата сейчас воспитывает Вирна, – о да, Дзирт До'Урден точно попытается воткнуть мне нож в спину, чтобы посадить на трон Дома свою сестрёнку-воспитательницу, оставившую у него на спине столько замечательных узоров. Я в это верю, да…

Впрочем, надо признать, для обычного тёмного эльфа это был бы аргумент, заставляющий мысли течь в очень конкретном направлении, да и вообще поднятая тема Дайнина очень интересна…

– О каких амбициях ты говоришь, и почему я должен вспоминать Дайнина?

– Ты забыл, что в ту ночь у нас была ментальная связь? Поверь, я прекрасно могу отличить, когда заклинание разрушено магией, а когда оно разрушается оттого, что тот, на кого оно направлено, умирает!

– Не сомневаюсь, но при чём тут Дайнин? – вежливо улыбаюсь, готовясь, в случае чего, сломать ей шею, но так — для галочки. Были бы ко мне хоть какие-то претензии, меня бы убили ещё пять лет назад, а коли даже не попытались, значит, жрицы решили, что я использовал один из редких, но всё же, при большом желании, доступных вариантов воскрешения. Например, заранее наложенным со свитка жреческим двеомером соответствующего действия с отложенным эффектом, использовать который при участии в штурме чужой цитадели вполне логично. Если он у тебя есть.

– Если ты о своей безопасности позаботился, то безмозглый Дайнин не потрудился даже свои эмоции в узду взять, так что Вирна прекрасно почувствовала его ликование в момент твоей смерти. Как и полный изумления ужас, когда умирал он сам, – подтверждая моё мнение об отсутствии претензий, беззлобно пояснила девушка. – Тогда Мать очень разозлилась — потерять сразу двух сыновей из-за амбиций и глупости младшего. Такой удар полностью не окупила бы и победа. К счастью, Риззен быстро связался с ней и сообщил, что ты жив.

– Понятно, – поднимать версию с демоном я не видел смысла, тем более что и так не сильно верил, что женщины не догадаются, что у нас там случилось, но было приятно и интересно узнать такие подробности. – И всё же, сестрёнка, в твоём предложении я вижу парочку слабых мест.

– Да? И каких же? – Майя с видимым интересом наклонила голову вбок.

Понять её было можно — обычный дроу без особых вопросов уцепился бы за данное предложение в девяти случаях из десяти, ведь даже устная готовность взять на себя некие обязательства по уважению желаний брата — это нечастое явление в Мензоберранзане, да и посадить на трон зависимую от тебя младшую сестру — само по себе искушение для многих и многих мужчин-аристократов. Думать на дальнюю перспективу тут не очень-то умеют, и понимание того, что, сев на трон, слабая и зависимая сестра быстро укрепится, перестав быть слабой и зависимой, а потом у неё и собственные сыновья пойдут, которым статусные места полагаются, приходит далеко не ко всем и не сразу. «Это дело будущего», — думает большинство, вот только в этом городе года летят быстро, и будущее, как правило, наступает куда раньше, чем ожидаешь. Да и чисто эмоционально, когда ты живёшь под вечным гнётом, а тут забрезжит надежда пожить в своё удовольствие, мало кто устоит, даже если умом понимает, что, скорее всего, это для него плохо закончится.

– Матери всего пятьсот, и это много только для простолюдинов. Могущественная жрица же, пребывающая в фаворе у Королевы Пауков, без труда проживёт ещё и двести, и триста лет. Вторым же моментом является тот, что основные риск и работа при такой сделке ложатся на меня, в то время как всю выгоду получаешь ты, я же, в лучшем случае, просто ничего не потеряю. Такие обстоятельства сложно назвать честной сделкой. Мне намного выгоднее ничего не делать, чем так подставляться.

– Тогда скажи мне, что бы ты хотел добавить в это соглашение? – пальчики тёмной эльфийки вновь активировались, перебегая с рукава мне на грудь, в то время как сама девушка подалась ещё ближе и… прижалась телом, скользнув выставленным коленом по моей ноге.