— Обычно я бы согласился, — сказал Эд. — Но скадриальцы просто с ума сходят по этой планете, и ходят слухи, что рошарцы тоже о ней говорят. Мы думали, что это из-за сообщений о местных жителях и их культивируемых инвестированных птицах, которые, предположительно, могут инициировать узы Нахеля. Все всегда в восторге от новой Инвеституры, которая может работать с кем угодно, так что это был бы огромный бизнес. — Он посмотрел на карту. — Но это совершенно меркнет по сравнению с существованием перпендикулярности. Если Крисс права… ну, это многое объяснило бы. Речь об открытии века. Дроминад — планета — не находится рядом с другими перпендикулярностями, а значит, открылась бы совершенно новая область космоса для дешёвых путешествий. Это могло бы сберечь миллиарды на сверхсветовых расходах, не говоря уже о военном применении…

Старлинг переварила это.

— Мы должны сохранить это, — сказала она, — в строжайшей тайне.

— Я хочу показать это нескольким арканистам, — сказал Эд, — и узнать их мнение. Я бы спросил Крисс, но она исчезла.

— Не совсем исчезла, — сказал Наж. — Просто вернулась на Талдайн по его нуждам. Она прежде всего учёный, но мы все любим свои родные миры.

— Как бы то ни было, я не хочу полагаться только на свой перевод этих координат, — сказал Эд. — Древний ириали — штука хитрая. И опять же, я могу ошибаться. Я даже не знаю, как мы вообще могли бы её проверить, честно. Можно мне показать это хотя бы Ардженту и Джесс? Может, Уйо, если он не слишком занят?

— Можешь показать нескольким, — сказала Старлинг. Придётся пойти на рассчитанный риск. — Но будь осторожен. И… лучший способ проверить её — отправиться туда, куда она указывает.

— Для этого нам понадобится корабль, — сказал Наж.

— К счастью, — сказала Старлинг, — я как раз собираюсь договариваться, чтобы оставить этот. И, возможно, у меня как раз есть нужный рычаг давления.

Глава тридцать первая

Закат сидел на корточках в лодке, наблюдая за тварью, плавающей неподалёку. Он назвал их черепозмеями и был уверен, что у них нет глаз — так что чувствовал себя вдвойне глупо, съёжившись, как ребёнок, играющий в прятки. Но эта поза, кажется, успокаивала Рокке; она пряталась рядом с ним, едва выглядывая своей красной головой из-за борта лодки.

— Меньше не бывает, — сказал Закат.

Она неуверенно чирикнула.

— Мы заманили почти дюжину, — сказал он, — и ни одна не меньше. Приходится смириться: если тут и есть молодняк, они либо не плавают в этой бездне, либо прячутся. Меньше мы не найдём.

Эта была ненамного меньше той, что утащила лодку неделю назад. Он взглянул на Сак, которая торжественно чирикнула. Он не смотрел — видения в последнее время были всегда одинаковы. Его тело, погружающееся в бездну.

— Раньше ты была изобретательнее, — заметил он.

Она возмущённо чирикнула.

— Ладно, — признал он, переходя в корму маленькой лодки. — На Патжи было куда больше способов умереть…

Отец любил разнообразие.

— Смотри, — сказал он, похлопав по привязанным сзади канистрам. — Вода почти кончилась. Либо мы убиваем одного из этих черепозмеев, либо нам конец.

Рокке чирикнула и вспорхнула на мотор. Она демонстративно развернулась, вытянув шею.

— Ладно, — сказал он. — Ещё раз. — Он достал бинокль и долго, не спеша, сканировал горизонт. — Ничего. Ни следа жизни.

Дважды ему удалось заметить то, на что охотились черепозмеи: косяки светящейся рыбы. Одна стая проплыла вчера, наверное, футов на двести ниже, но умчалась прочь, когда его лодка приблизилась. Их не приманила его приманка, и они выглядели — для его неискушённого взгляда — как косяки океанской рыбы в реальном мире.

Он делал заметки о них в своём блокноте — направление движения, размер двух косяков. Может, со временем он сможет выявить закономерности их перемещений и связать их с островами, создав первые наброски навигационного ориентира. То же самое с черепозмеями: он записывал каждый раз, когда видел одного, вместе с оценкой пройденного расстояния по времени гребли или хода на моторе. Но он ещё знал недостаточно, чтобы собрать это в пригодный метод навигации, а выживать нужно было уже сейчас.

Ничего другого не оставалось, кроме как убить одного из черепозмеев. Сак утешительно чирикнула, и он почувствовал, что она согласна. Взъерошенная, неловко сидящая на насесте — но согласна.

Закат отцепил один из двух оставшихся гарпунов и проверил верёвку. Рокке, разумеется, спряталась под сиденье.

— Я охотился на глубоководную рыбу, — сказал он, — которая была ненамного меньше этих тварей. — Он посмотрел на черепозмея, кружащего вокруг места, куда он бросил светящуюся тряпку. — Правда, мы использовали лодки побольше и лески, которым можно было дать слабину…

Винтовки у него не было, зато в снаряжении лежал маленький револьвер. Он достал его и зарядил. Стрелком он был неважнецким, хотя в последние годы, когда огнестрельное оружее стало обычным делом, настоял на том, чтобы научиться. Как бы то ни было, он не рассчитывал попасть в одного из этих черепозмеев.