— За политику. Вообще-то, я вор. Был честным вором, грабил богатых, а потом на свою беду примкнул к восстанию в Йоле. Меня и приговорили к десяти годам.

Собеседник так и засверкал на него глазами:

— Участник восстания?! Ах ты мерзавец! Да ведь я, Патрик, граф Йолский из-за этого проклятого восстания был вынужден бежать за границу, сесть на этот проклятый корабль… Так значит, из-за тебя я здесь?!!

— Так это вы разоряли все земли в округе, — взвился в свою очередь Шон О`Коннел, — Из-за ваших бесчинств меня приговорили к каторге? Вот встреча! Так я здесь по вашей милости, сиятельный граф!

И, призывая на голову другого ужасные проклятья, земляки сцепились насмерть.

Их растащили, но на крики и шум сбежались пираты. Схватили обоих зачинщиков драки, сковали их одной цепью и бросили в карцер.

Ослеплённые гневом, эти упрямцы трое суток не разговаривали и даже не смотрели один на другого. Но прошел срок их заключения, и Шон решил, что настала пора для действий. Он посмотрел на Патрика Йолского.

— В конце концов, — тихо начал молодой вор, — какая разница, кем мы были когда-то. На рынке рабов я пойду дороже, чем вы, я ведь младше. Но нам обоим, думаю, не хочется туда попадать.

— Не хочется, — эхом ответил граф.

— Ведь главное: мы — оттуда! Мы — двое ирландцев на этом Богом проклятом корабле, посреди океана!

— Согласен. В данном случае перегрызать друг другу глотку несколько неуместно. Нас и так легко могут прикончить. Что ты предлагаешь, О`Коннел?

— Бежать! Сегодня же ночью. Нас будут переводить снова в трюм, и вряд ли конвой будет сильным. О!.. Эти твари не знают ирландцев… Они думают, мы выдохлись, почти умираем, а мы им…

— …покажем, как они ошибаются, — подхватил граф Йолский. — Спустим шлюпку, и только нас видели!

Земляки ещё обсудили свой план, забыв о взаимной ненависти. Да и много ли у них было причин ненавидеть друг друга?

Через час они были уже в шлюпке и, не имея сил грести, подкреплялись сухарями и пресной водой. Корабль быстро удалялся от них. Два конвоира и часовой лежали на дне океана, и никто не заметил двоих беглецов.

В ту же ночь корабль потопили другие пираты, из всех пленников не спасся больше никто, только двое земляков-ирландцев. После долгих странствий они благополучно вернулись на свою землю, память о которой спасла их.

*****

— Хороший рассказ, дядя. Только поверит ли ему Питер Марч, наш сиятельный лорд?

— Эгей, Томми, да никак сам граф Марч скачет сюда, легок на помине!

Круто осадив белого коня рядом с дядей и племянником, Марч замахнулся на Томми плеткой:

— А ну брысь отсюда, щенок! Мне поговорить с твоим дядей надо с глазу на глаз.

Мальчишку как ветром сдуло. Граф спрыгнул с коня.

— Слушай, старик, — начал он, — я тут подумал… Где я найду среди этого английского сброда мужа для своей Дженни. А мы, как-никак, земляки…

— Клянусь всеми ведьмами Эйре*, и я то же подумал!

— Так значит, завтра зайди ко мне в замок, посватаешь для своего висельника мою дочь. Только уж уговор: будущего зятя до свадьбы я и видеть не хочу, разозлил он меня! По рукам?

— По рукам, Питер! Только скажите, как фамилия бабки вашего сиятельства?

— О`Коннел, а что?

— Да нет, я так просто спросил. Ну, до завтра!

* Эйре — одно из старинных названий Ирландии.

* тан — хозяин земли, сеньор (шотл.)

Мечи Мак-Мерфина (Шотландская сказка)

В давние времена жил в окрестностях Инвернесса знаменитый кузнец Мак-Мерфин. Был он самым искусным кузнецом не только в горной Шотландии, но и во всём мире, так говорят.

Так это или нет, утверждать не берусь, только все, кто уходил на войну, предпочитали оружие выкованное Мак-Мерфином всему другому оружию.

А на войну в те годы уходили многие. Англия и Франция вели столетнюю войну, которая косила народ хуже чумы.

Во многих странах вербовали эти хищные короли солдат для своих огромных армий. А сильные шотландские воины во все века нужны были всюду.

Ушли воевать и сыновья местных танов,* два тёзки-Майка: Майк Линг и Майк Макрэй.

Только, так уж получилось, отправляясь на войну по разным дорогам, они попали в разные военные лагери: Линг стал служить французам, а Макрэй — англичанам.

В своём войске молодые шотландцы заслужили каждый себе славу героев. Говорили, что нет им равных в битве, и оба Майка совершили немало подвигов, каждый служа своему королю.

Но однажды, в день страшной битвы, Макрэй впервые столкнулся с воином равным ему по силе. Он бы заметил, что боевые приемы у них похожи, но не успел узнать этого, поскольку мечи их скрестились один-единственный раз.

Столкнувшись, сталь мечей зазвенела и загудела, и гул был страшнейший, словно ударили в большой колокол.