Да, но почти. В первую очередь его знали как великого путешественника, потом — как писателя, а уж потом догадались, что он — учёный. Я же говорю, это большой человек.

Хотя рост его был весьма средний. Он походил на мощное старое дерево — уже когда стал знаменитым. Он любил мир и ему нравилось проникать в самые дальние его уголки. Большой человек не может быть эгоистом, и он водил тысячи и сотни тысяч людей в этот мир, открывая им дверь через свои книги.

Ему хотелось изучить всё, что есть. Джунгли и айсберги, острова и морские глубины, внутренности вулканов, долины, горы, — всё открывало свои тайны этому человеку.

Вторым после Бога он держал в своих ладонях весь мир и никак не думал, что все теперь, кому удастся пройти вокруг света, спуститься в недра земли, построить подводный корабль и даже полететь на Луну — будут вспоминать о нём, о большом человеке из Франции. Он думал только о том, что мир — он огромен, и всё-таки крайне мал. И становится год от года всё меньшим. Его можно объехать весь за каких-то 80 дней, как получилось в одной из книг этого человека. А сейчас хватит и одного дня, если есть самолет.

Большой человек много раз путешествовал по свету и вокруг света. И на воздушном шаре, и на паруснике, и под водой, и даже под землей. Он улетал на обломке кометы и в ядре пушки, но потом всё равно возвращался. Он проходил со своими героями через полюс, через горные перевалы и большие пустыни, а мы как завороженные тянулись за ними вслед, узнавая так много, и всё-таки радуясь возвращению. Большой человек хотел описать весь мир, и ему удалось покорить куда больше земель, чем любому императору-завоевателю. И хотя он был скромен, но желал иметь власть большую королевской. Он желал править не страной (это мелко) и не миром (с ним разве справишься), а штурвалом собственного корабля.

Быть капитаном на корабле Мечты — на это способен только очень большой человек, и он был способен.

Но всех тайн он всё-таки не узнал. Осталось и нам кое-что из копилки неизведанных и удивительнейших приключений.

И куда бы ни шёл по земле человек, гонимый жаждой открытий, изобретет ли он оружие для сражения со злом; построит корабль или потерпит кораблекрушение; откроет новую землю или составит из сказок свой глобус, он нет-нет да и вспомнит о своём старом друге, который первым прошёл этот путь. Или только хотел пойти, но подал идею другим. Вспомнит о сказочнике-учёном, о Большом Человеке, который мог удержать в своих мыслях и сердце весь мир.

А звали этого человека просто: Жюль Верн.

Мулета и роза (Испанская сказка)

Мужчины, готовьтесь! Так будет с каждым…

Дуэнья вошла в комнату своей госпожи.

— Благородная донья, ваш отец и все гости уже собрались на балконе, скоро начнется коррида. Ждут вас.

— Ах, мне так не по душе само намерение отца выдать меня замуж, — вздохнула молодая красивая донья. — А ещё больше меня огорчает этот турнир, коррида, которую задумал устроить отец. И зачем только?

— Вы сможете выбрать себе жениха, госпожа. Кто будет самым доблестным тореадором, тот достоин стать вашим мужем.

— Зачем же мне муж-мясник? Оттого что он убьёт быка, я ничего не пойму о нём, как о человеке. Даже если это будет убийство именно в мою честь.

— Что с вами, госпожа! Коррида — благородное зрелище. Кабальерос имеют возможность показать свою храбрость и ловкость. Кроме того, после корриды ясно, на что этот человек способен ради любви к даме.

— Ты уверена, все женихи, что выступят сегодня на арене для боя с быком, любят меня? — недоверчиво спросила прекрасная донья, поскольку сердце её пока оставалось холодным.

— Об этом вы сможете судить сами, моя госпожа, — загадочно пообещала дуэнья. — Пойдёмте к гостям.

Когда все заняли места, а красавица села в центре, протрубили фанфары, и коррида началась.

Вначале по обычаю выступали музыканты, танцоры, жонглёры — шёл яркий праздник. Потом настала очередь боя быков. На сегодня было назначено десять поединков. Десять благородных идальго объявили о своём желании участвовать в корриде ради прекрасной дамы.

Сидя на балконе в светлом роскошном платье, донья свысока наблюдала, как бьются с быками отважные тореадоры. Как они кланялись ей, после победы.

Донья была не в восторге от праздника. Но понимала, что жизнь смельчаков зависит от их ловкости и от взмаха алой мулеты — полукруглого плаща — единственного щита тореадора. Пройдёт много времени, бык будет обессилен, взбешен, крайне опасен в своей дикой ярости, прежде чем столкнется со шпагой и будет убит. Если сам не убьёт человека прежде.

Против желания донья не могла глаз оторвать от ярких трепещущих крыльев мулеты, отвлекающей и дразнящей быка. Каждый раз перед боем донья смотрела на очередного претендента и спрашивала себя: "Не он ли тот, кого я смогу полюбить?" Она следила за ним в поединке, но сердце молчало.