Репортеры газет и радио облепили машину Лайлы, нацелив на неё блокноты и диктофоны.

— Инспектор Ронделл! Что вы думаете о том, как именно погибла Грейс? — спросил один.

— Лайла! Сюда! Правда ли, что Грейс придали облик Золушки?

— Что вы чувствуете по поводу того, что убийца оставил вам красный плащ, как у Красной Шапочки?

— Убийца — это Большой и Злой Волк, инспектор Ронделл?

— Констебль Корник, это всего лишь ваше второе дело об убийстве. Достаточно ли опыта у вашей группы, или вы — слабое звено?

Лайла решительно протиснулась сквозь толпу.

— Официальное заявление будет сделано позже. А пока вы все можете — и это под запись — пойти на хрен.

Джимми следовал за ней, отбиваясь от дальнейших расспросов:

— Разве вы не слышали шефа? Заявление будет сделано в надлежащее время. Нет, я не знаю когда. Позже, ясно?

Официально прессу не пускали за ограждения на тропе, но репортеры шныряли по лесу, пытаясь найти лазейку к поляне. Один возился с дроном. Первое четкое фото с места преступления принесло бы кучу денег. Лайла кипела от злости. Как, черт возьми, они так быстро узнали имя Грейс?

— Собери патрульных, Джимми, пусть не дают никому прорваться, ладно?

— Без проблем, босс. — Джимми зашагал к паре деревьев, между которыми только что исчез предприимчивый оператор. — А ну вернись на тропу, придурок!

Поляна выглядела иначе, чем во время её прошлого визита. Отчасти виной тому был фильтр сепии — осенний свет, падающий на листву, сменившую зеленые наряды на красные вместо ночных черно-серых плащей. Отчасти — огромное количество людей вокруг. Но главное — макабрическая сцена в центре «ведьминого круга» из грибов.

Надев защитный костюм, Лайла вошла в круг, мысленно извиняясь перед фейри за вторжение в их пространство.

Грейс лежала на спине, её руки были молитвенно сложены на груди. Одна нога была босой и перепачканной в грязи, на другой красовалась золотая туфля. Однако вместо каблука у неё был длинный тонкий нож, залитый кровью.

Горло было перерезано полуулыбкой, словно на девушке было ожерелье из гранатов. Справа от неё лежали останки разбитой тыквы; семена застыли в паутине оранжевых волокон. Слева на страже стояли четыре чучела мышей в костюмах лакеев. Их головы в париках были склонены, а лапки прижаты друг к другу, зеркально повторяя позу жертвы.

Убийца Грейс приложил немало усилий, чтобы представить её в образе Золушки. Так же, как и тогда, когда оставил Лайле плащ, корзинку и аллюзию на Красную Шапочку на фото Эллисон. Если это тот же человек, что оставил яблоко, подобное яблоку Белоснежки, на месте исчезновения Эллисон, то его почерк стал куда изощреннее.

Но по логике вещей, это не мог быть тот же человек, что похитил Эллисон. И Меллисент Фарлинг, и свидетель похищения Грейс описывали мужчину лет тридцати — он слишком молод, чтобы быть причастным к делу её лучшей подруги. Но даже если он связан с Эллисон, это не предвещало ничего хорошего. Неужели она была убита еще много лет назад? Неужели Лайла всё это время тянула за веревку, на другом конце которой пустота?

Спутанная мысль пробилась на поверхность. Что, если Эллисон похоронена здесь? Грибные круги иногда возникают из-за чего-то гниющего под землей — что, если этот круг отмечает могилу Эллисон?

Желчь обожгла грудь Лайлы. Нужно заставить мысли перестать разбегаться в разные стороны. Чувства — это не факты. Воображение — не реальность. Улики. Объективность. Грейс.

— Скажи это. — Ребекка стояла рядом, положив руку ей на плечо.

В голове Лайлы было так шумно, что она даже не заметила прихода начальницы.

— Что сказать?

Ребекка опустила голову, подражая скорбным мышам.

— «Я же говорила». Я это заслужила. Если бы мы начали поиски в ту ночь, когда она пропала…

— Граучо приказал тебе держаться подальше.

— А теперь он заявляет, что моя карьера под угрозой из-за медлительности. Оказывается, он учился в частной школе вместе с дядей Грейс.

Ну конечно.

— Но ведь он сам отказался выделять бюджет!

— Теоретически я могла бы использовать полномочия старшего инспектора и найти другой источник финансирования для поисков, но он ясно дал понять, какими будут последствия.

— В любом случае, ты была в тупике. Я не собираюсь злорадствовать. Не хотела бы я оказаться на твоем месте.

— Мне бы стало легче. — Ребекка вздохнула и закрыла глаза. — Я разрешаю тебе, как подруге и коллеге, отчитать меня по полной.

— Ладно, — сказала Лайла. — Если бы мы прочесали лес официально, мы могли бы найти след или даже саму Грейс. Судя по состоянию кожи, трупные пятна только начали появляться; она умерла совсем недавно. Так что, если тебе от этого станет легче — да. Со всем уважением. С любовью. Я, блин, тебе говорила.