— Кого-то там на ночь глядя принесло! — раздалось из дома. — Предупреждаю! У меня ружьё, и я на своей земле.

— Мистер Форестер… Это Марк Гринч, ваш сосед. Я тут домой вернулся, а его больше нет. Ещё я серьёзно ранен. Не могли бы вы вызвать скорую? Я не стану заходить в дом. Подожду на веранде. Не хочу полы заляпать кровью.

Старик с подозрением выглянул в окно около двери. Увидел кровь на одежде и тут же принялся отпирать дверь. Я постарался сделать вид, что не вижу двух пар женских туфель в прихожей. Как и того, что Хенк почему-то в халате и не спит.

Открыв дверь, старик сразу в ужасе отшатнулся. Теперь он видел, что рана не одна.

— Боже правый, Марк! Да на тебе живого места нет.

— Вызовите скорую, — глаза стали закрываться. — Я присяду. Нет сил стоять.

Сажусь на стул, прикрываю глаза и тут же отключаюсь. Затем вдруг очнулся, сам не знаю почему.

[Что не так? Почему я не могу расслабиться.]

Снова проваливаясь в туман боли, я смог услышать голос Хенка. Старик уже сидел со мной на веранде дома, ожидая машину скорой. Она как раз показалась в пределах Сферы Восприятия.

[Так это её появление заставило меня очнуться?!]

— Я уж думал, всё, — старик ворчал, косясь на лужу подо мной. — Семья Гринчей пропала с концами. Вас же больше трёх месяцев не было видно. Копы раз пять ко мне ходили.

[В смысле, трёх месяцев?]

Это стало последней мыслью в моей голове. Затем глаза закрылись.

Глава 16. Ещё пять минуточек

Ночь на 8 мая 2028 года, Нью-Йорк

Маркус Гринч

Всё происходило как в тумане. Машина скорой привезла меня в больницу. На стойке рецепции я отчеканил номер медицинской страховки так, словно вижу его прямо сейчас перед глазами. В тот же бланк вписали имя, номер телефона, адрес… Я говорил на автомате, толком не ощущая тело. Болевой шок — штука не из приятных. Моё сознание абстрагировалось от тела, повышая общие шансы на выживание.

…

Очнулся на операционном столе. В глаза светит лампа, лицо прикрывает кислородная маска. Откуда-то точно знаю, что правая ладонь со взорвавшейся вилкой зашита и перевязана. Позади стола мужчина-анестезиолог шушукается с медсестрой. Хирург дрожащими руками латает левую ладонь — ту самую, в которую угодила сосулька.

— Чертовщина какая-то, — бормочет доктор, берясь за иголку с ниткой. — Края раны свежие, а мягкие ткани зарастают на глазах.

Откуда-то я точно знаю, что хирург пьян… И правую руку обработал плохо.

[Стоп,] — останавливаю поток мыслей в голове. — [Меня опять что-то заставило очнуться. Такое случается второй раз за вечер. На веранде Хенка я тоже почему-то пришёл в себя. Надо разобраться, в чём причина.]

Задействовав перебинтованную правую руку, стянул с лица кислородную маску. В операционной сразу начинается суета.

— Эй, голубки! — ору анестезиологу и медсестре. — Вашими флюидами вся операционная пропахла! Позовите другого хирурга, или я сам встану и сделаю что надо. Услугу «пьяный доктор» заказывают в борделе, а не в государственной больнице.

Перепуганная медсестра подскочила к операционному столу и попыталась снова натянуть на меня кислородную маску. Не вышло. Мои пальцы стиснули прибор ещё сильнее. Бинты пропитались кровью.

— Мэм, — смотрю поверх марлевой маски в глаза девушки. — Как видите, я в сознании, здравом уме и трезвой памяти. Налицо ошибка анестезиолога. Ещё ваш пьяный хирург пропустил три металлических осколка в моей руке. Я их до сих пор чувствую. Это больно, поверьте! Будьте добры выполнить мою просьбу… Иначе, клянусь богом! Я САМ ВСТАНУ, залью больницу кровью и найду себе нормального хирурга.

Испуганно сглотнув, девица переглянулась с анестезиологом, затем с замершим хирургом.

— О-одну минутку, сэр.

Бросив попытку натянуть на меня маску, девица выскочила в помывочную. В этой комнате работники операционного блока переодеваются и моют руки. Голубок-анестезиолог тихо взял шприц с подноса и шагнул к капельнице. Катетер от неё вставлен в мою руку. Сразу понял, что меня хотят усыпить, спустив ситуацию на тормозах.

— Не вздумай! — хмуро смотрю на мужика со шприцем. — Забудьте об общей анестезии. Мне нет дела до того, что дежурный хирург пьян. А вы с той леди в операционной обсуждаете отпуск. Проведите лечение нормально, и тогда с моей стороны не последует обращений в суд.

Чувствую, как сердце в груди постепенно начинает стучать быстрее. Анестезиолог что-то ответил, а я опять отключился от ситуации. В голове опять потёк поток мыслей.

Страховка у меня хорошая. Районная больница в Лоубридже тоже одна из лучших в пригороде Нью-Йорка. Анестезиолог не новичок и наверняка правильно рассчитал дозу препаратов. Однако мой организм напрягается всё сильнее. Метаболизм ускоряется… Поэтому я и пришёл в себя, несмотря на анестезию.

[Вопрос в том, что именно со мной не так?]

Попытавшись взглянуть на картину в целом. Похожим образом организм реагировал в другой ситуации.