Он булькает и издает еще один болезненный стон. Когда я слезаю с него, он перекатывается на бок, подтягивая колени к телу. Капли крови падают на ножки кофейного столика в центре гостиной, когда он кашляет. Чтобы пошутить, я пинаю его по почкам.

— Помни, что я сказал. Я не прибегаю к пустым угрозам. О, и на случай, если ты подумаешь сообщить об этом в полицию, я облегчу тебе задачу и им. — Я опускаюсь на корточки, мое лицо всего в нескольких дюймах от его лица, и снисходительно глажу его по щеке. — Скажи им, что приходил Николас Де Виль.

Я оставляю его стонать на полу и направляюсь в коридор, чтобы встретиться с Бэрроном.

— Все в порядке, сэр?

Я потираю больные костяшки пальцев и киваю. — Да. Пойдем домой. Я чертовски устал.

Глава Десятая

Вики

День моей свадьбы наступает необычно ярким утром для конца октября в Англии. Я раздвигаю шторы, встреченная безоблачным небом и легким дуновением ветерка. Последние две недели прошли в череде решений, включая примерку платьев для Элоизы и Бриони, моих подружек невесты и меня. Организатор свадьбы сказал мне, что по традиции приглашается только одна подружка невесты. Я сказала ей, что у меня их будет две, и на этом все закончилось.

Возможно, это брак по договоренности, но вступление в семью Де Виль — улица с односторонним движением, и поскольку это единственная свадьба, которая у меня когда-либо будет, я собираюсь сделать так, чтобы она, черт возьми, имела значение.

Даже если она будет мужчиной, которого, как мне когда-то казалось, я любила, а теперь считаю своим заклятым врагом.

Враг не спешит тебе на помощь, когда ты получаешь удар в лицо.

Отбросив эту немыслимую и нежеланную мысль, я оглядываю единственную спальню, в которой когда-либо спала, и мысленно представляю себе. Свет падает на мой туалетный столик, отражаясь в старинном зеркале, принадлежавшем моей бабушке по материнской линии, которая умерла, когда мне было семь. Со вздохом я проверяю время. Осталось шесть часов. Бриони и Элоиза скоро должны быть здесь. Не могу дождаться. Их непрекращающаяся болтовня отвлекает меня от мыслей о том, что в следующий раз, когда я заберусь в постель, Николас будет лежать рядом со мной. И что-то подсказывает мне, что, что бы он ни думал обо мне лично, он не собирается жить как монах.

Мышцы моего живота сжимаются. Дилема, в которой я нахожусь, неудобна. Я все еще не могу заставить себя полностью простить его за убийство Бет, хотя в глубине души знаю, что он ни в чем не виноват. Я также не могу забыть, что он выбрал ее, а не меня. Быть второй — это то, к чему я привыкла, но это не значит, что я должна воспринимать это как чемпион. И это не значит, что это причиняет меньше боли, потому что это не так.

Но тоске, которую я так долго подавляла, зная, что он принадлежал Бет вспыхивает с новой силой, чему помогло то, как он появился в больнице после того, как этот придурок избил меня. Конечно, это могло быть просто из-за того, что инцидент произошел в клубе, принадлежащем его семье, но я не думаю, что он притворялся ни в своем беспокойстве, ни в своей едва сдерживаемой ярости. Это дало мне слабую надежду, что наш брак не будет таким ужасным, как я изначально опасалась. Если бы ему было все равно, по крайней мере, на каком-то уровне, он бы не появился. Он бы оставил Эндрю и Макса заботиться обо мне.

Осознание этого заставляет меня еще больше нервничать по поводу сегодняшнего вечера. Я и секс... скажем так: мы не друзья. Видишь ли, дело в том, что я не могу достичь оргазма. Каждый раз, когда я приближаюсь, я замираю. Как будто есть невидимая стена, и как только я натыкаюсь на нее, все удовольствие, которое я испытываю, исчезает.

Может быть, секс с Николасом будет другим. Господь свидетель, это была катастрофа с двумя парнями, с которыми я спала — с одним была короткая интрижка в старших классах, с другим были более серьезные отношения на последнем курсе колледжа. Я живу надеждой, что я не сломлена, просто… немного помята.

И если я не смогу достичь оргазма, тогда я симулирую его. Я притворялась с Мэтью, особенно после того, как однажды вечером он стал ужасно нетерпелив со мной и спросил, не «фригидна я или что-то в этом роде»? С того дня я убедила его, что прекрасно провожу время, хотя на самом деле я не могла дождаться, когда все закончится. Самое печальное, что за пределами спальни мне нравилось проводить с ним время. Он был забавным, добрым и любил те же фильмы и музыку, что и я. У нас было много общего. Гораздо больше, чем у нас с Николасом.

Я часто задаюсь вопросом, одобрили бы мои родители когда-нибудь брак с ним, если бы Мэтью не пошел в армию, фактически положив конец нашим отношениям.

Почему-то я не думаю, что да. У них более высокие амбиции. Очевидно.

Дверь моей спальни распахивается как раз в тот момент, когда я стягиваю через голову ночную рубашку, оставляя меня в одних бабушкиных трусиках и носках.

Элоиза разражается смехом. — Девочка, если ты планируешь надеть этот наряд на свою первую брачную ночь, я здесь, чтобы настаивать на том, чтобы ты передумала.