— Хорошо. Обычное количество? — спрашивает Эстер, доставая из ведер одну охапку за другой.

— Э-э… да, пожалуйста. Было бы отлично.

Пока она занята, я провожу рукой по косе Лэйни и шепчу: — Ты в порядке?

Ее глаза полны слез, когда она спрашивает: — Можно я подожду в машине?

— Конечно. — Я смотрю на Тайлера, который немедленно подходит ближе, когда Лэйни идет в его сторону.

Как только она садится на заднее сиденье, Эстер произносит: — Какая трагедия. Что случилось?

Боже.

Мой голос хрипнет от горя, когда я бормочу: — У нее был рак.

Эстер оборачивает стебли в бумагу.

— Должно быть, вы хорошо ее знали, раз стали крестной Лэйни.

— Рэйчел была моей лучшей подругой, — отвечаю я.

Она качает головой.

— Такая молодая.

Я знаю.

Я с облегчением выдыхаю, когда она наконец заканчивает и я могу расплатиться. Я быстро провожу кредиткой по терминалу, прежде чем сгрести все цветы в охапку.

— Спасибо!

Выбежав из магазина, я направляюсь к багажнику, который Изак уже открыл, и осторожно кладу туда цветы.

Сев на заднее сиденье, я тянусь к Лэйни и обнимаю ее одной рукой.

— Мне так жаль, моя милая.

Она подтягивает колени к груди и, свернувшись калачиком, прижимается ко мне, горько рыдая. Мои собственные слезы текут по щекам, пока я пытаюсь утешить Лэйни как могу.

— Я здесь, — бормочу я, поглаживая ее по спине вверх-вниз. — Я с тобой.

Изак отъезжает от обочины и спрашивает: — Поедем домой?

Лэйни отстраняется и вытирает слезы с лица.

— Нет. Поехали в «Ральфс».

— Ты уверена? — спрашиваю я, вытирая щеки.

Она кивает и прерывисто вздыхает.

— Да, я в порядке.

Я делаю успокаивающий вдох и целую ее в висок. Надеюсь, больше никто не заговорит о Рэйчел, пока мы на улице.

Когда мы подходим к магазину, Тайлер следует за нами по пятам, пока мы берем тележку.

— У нас закончился сок и сырные палочки.

Я заметила, что она любит ими перекусывать.

— Хорошо, можем взять.

Я осматриваю полки, пока мы идем по первому ряду. Там полно всяких журналов, и Лэйни берет один для подростков.

Когда она кладет его в тележку, мой взгляд цепляется за другой журнал. Я замираю как вкопанная, и мне требуется мгновение, чтобы осознать, что я смотрю на фотографию меня и Истона, красующуюся на всей обложке. Это тот самый момент, когда его руки были у меня на бедрах после того, как я случайно врезалась в него на благотворительной распродаже выпечки.

От заголовка кровь отливает от моего лица.

Охотница за деньгами наживается на Истоне Роу в его самые темные времена. Нуждается ли звезда в спасении?

Я бросаю взгляд на другие журналы. Просматривая один заголовок за другим, мое дыхание учащается; я чувствую, как ужас захлестывает меня, словно приливная волна. Затем я вижу нашу с Истоном фотографию на пляже, где я смотрю на него снизу вверх, как влюбленный щенок.

Голливудская звезда крутит грязную интрижку, бросив умирающую сестру на пороге хосписа.

Где Лэйни Роу? Уже отправлена в школу-интернат, пока лучшая подруга матери выходит замуж за Истона Роу по залету?

— Нова? — Лэйни берет меня за руку и тянет за нее. — Перестань на них смотреть. Это глупые фейковые новости.

Поняв, что Лэйни тоже видела эти отвратительные заголовки, я сжимаю ее руку и мчусь по проходу, чтобы оказаться подальше от журналов.

Тайлер катит тележку, а я пытаюсь вести себя спокойно, пока мы продолжаем делать покупки.

О боже мой. Как…? Почему…?

Лэйни дергает меня за руку, чтобы привлечь внимание.

— Нова?

На сердце становится тяжело, когда я смотрю на нее

— Мне так жаль, что тебе пришлось это увидеть.

Она качает головой, сдвинув брови.

— Ты в порядке?

Я заставляю себя улыбнуться.

— Да, не беспокойся обо мне. Я в порядке.

Выбитая из колеи, я с трудом могу сосредоточиться и покупаю только половину из того, за чем мы приехали.

И это только начало, один Бог знает, какую еще ложь они будут изрыгать обо мне и Истоне.

Глава 24

Глава 24

Истон

Вскоре после того, как Нова и Лэйни ушли, мне написала Сильвия и сообщила, что приедет.

Быстро приняв душ, я направляюсь в кабинет, чтобы забрать просмотренные сценарии. Как только я дохожу до кухни и кладу стопку сценариев на островок, в дом врывается Сильвия: — Истон!

— Я на кухне, — бормочу я, поворачиваясь к ней.

Увидев стопку бумаг, она отмахивается: — Не забивай ими голову. У меня хорошие новости.

Я вопросительно приподнимаю бровь: — Да?

— Роберт уволил Тима! — Она издает короткий смешок. — Он выставил его за дверь, как только услышал, что ты отказываешься с ним работать.

На моих губах появляется улыбка, и, не буду лгать, приятно осознавать, что этот ублюдок получил по заслугам.

— Это действительно хорошие новости, — усмехаюсь я.