Не отпуская Джейд, я замахиваюсь и впечатываю кулак в челюсть ублюдка. Он шатается, а когда рядом встает Джейс, быстро растворяется в толпе. Убедившись, что Мила под присмотром Джейса, я тащу Джейд за собой. С меня хватит — смотреть, как она танцует полуголой, пока пьяные козлы трутся об нее.

Я вытаскиваю ее на улицу и тащу к машине.

— Вы уже уходите? — спрашивает Као. Они с Ноа только пришли.

— Да. Присмотри за Фэллон и Ханой. Они за нашим столом, — бросаю я. Во мне ноль спокойствия.

Джейд подозрительно молчит, но когда я достаю ключи, говорит: — Давай лучше я поведу. Ты много выпил.

Я не собираюсь спорить, но не могу удержаться от издевки: — Да? И откуда ты знаешь? — Я наклоняюсь к ней, понижая голос: — Ты что, следила за мной, Джейд?

— Просто дай ключи. Поговорим дома.

В ее голосе нет привычного огня, и это бесит меня еще сильнее. Я всовываю ключи в ее ладонь и иду к пассажирскому сиденью.

Джейд садится за руль и наклоняется ко мне, чтобы пристегнуть ремень. Каждая мышца во мне каменеет от близости ее тела.

— Просто помогаю с ремнем, — шепчет она.

Я так сильно стискиваю челюсти, что боюсь сломать зубы. Джейд заводит мотор. Мое сердце колотится так же беспорядочно, как и мысли. Бог знает, откуда я беру силы, чтобы не сорваться на нее прямо в машине.

Стоило ей притормозить у общежития, как я вылетаю из машины. Гнев, копившийся всю дорогу, закипает. Я хватаю ее за руку, тащу к лифту, и в замкнутом пространстве кабины сверлю ее взглядом.

— Думаю, стоит подождать, пока ты протрезвеешь, — осторожно говорит она.

— Нет, поговорим сегодня.

Двери лифта открываются. Мы заходим в люкс, я с грохотом захлопываю дверь и поворачиваюсь к ней.

— Понравилось щеголять почти голой?!

— Что? — она в полном недоумении.

Я яростно жестикулирую, указывая на ее наряд: — Это гребаное платье даже на футболку не тянет!

Джейд хмурится, глядя на меня как на сумасшедшего.

— Ты слетел с катушек из-за моего шмота?

— Из-за него или из-за того, что каждый козел в клубе пытался об тебя потереться! — ору я.

— Серьезно?! — в ее глазах вспыхивает ответный гнев. — То есть ты вытащил меня из клуба не для того, чтобы наконец обсудить последние два года?

— Это совсем другая история! — огрызаюсь я. Меня бесит, что она даже не понимает, как вызывающе выглядит. — Одетая так, ты могла бы просто встать на ближайшем углу.

Ее губы приоткрываются, лицо искажается от ярости. Она выглядит чертовски сексуально в этот момент.

— Ты сейчас... назвал меня проституткой? — шипит она.

Я скрещиваю руки на груди, оглядывая ее. Вид ее изгибов и этого сводящего с ума зада доводит мой гнев до предела.

— Да, выглядишь ты именно так.

— Это абсурд! — выкрикивает она. Я округляю глаза, когда она тянется к молнии на боку. Срывает платье с плеч, выпутывается из него. У меня во рту становится суше, чем в пустыне, а в комнате — невыносимо жарко.

Джейд стоит передо мной в одном белье и сапогах. Я моргаю, пытаясь справиться с нахлынувшим желанием. Она выглядит просто эротично.

— Вот! — кричит она. — Платья нет. Теперь можем поговорить?

Мой взгляд скользит по ее телу: идеальные бедра, манящая линия между ног, плоский живот и грудь, едва прикрытая кружевом бра. Жар разливается по венам.

Когда мои глаза встречаются с ее глазами, самоконтроль окончательно отказывает. Я бросаюсь вперед, хватаю ее лицо руками и впиваюсь в ее губы. В этом поцелуе — все мое разочарование, гнев и изнеможение. Джейд пытается оттолкнуть меня, но это только подстегивает. Я обхватываю ее за талию, прижимая к себе. Когда она начинает бороться сильнее, пытаясь прервать поцелуй, я перемещаю руку ей на затылок, удерживая на месте.

Она на миг освобождает рот и кричит: — Хантер, прекрати!

Я уже не соображаю. Я наваливаюсь на нее, мои движения становятся резкими, почти грубыми. Я вжимаю ее губы в свои. Она издает всхлип, пытается вывернуться и наконец вскрикивает: — Остановись!

Ее ладонь наотмашь бьет меня по шее. Резкая боль заставляет меня отпрянуть. Я фокусирую взгляд на ее лице и вижу слезы на щеках. Хмель выветривается в секунду.

Она тяжело дышит, в ее широко распахнутых глазах — настоящий ужас.

— Пожалуйста... просто остановись, — умоляет она.

Меня накрывает волна отвращения к самому себе. Что я, мать твою, наделал?

Я порываюсь к ней, хочу обнять, мой голос срывается: — Черт, прости меня. Я... я... — ком в горле мешает дышать. — Мне так жаль, Джейд. Прости меня, черт возьми.

Она снова отталкивает меня. Ее всхлип режет по живому. Она дрожащими пальцами вытирает слезы.

Я мечусь по комнате, хватаю плед с дивана и накидываю ей на плечи. Вижу красные отпечатки своих рук на ее шее и щеках, и мир внутри меня рушится. Я причинил ей боль.

— Господи, — шепчу я в ужасе. — Прости.