Я покачал головой, пытаясь сдержать эмоции, но они вышли из-под контроля. Боль была слишком невыносимой. Хана коснулась моей щеки и печально улыбнулась: — Я бы хотела помочь тебе нести эту ношу.

Меня начало трясти от усилий не разрыдаться. В дверях появилась Фэллон: — Ты как?

Я смог только покачать головой. Она опустилась рядом и обняла меня, и это стало последней каплей. Я уткнулся лбом в плечо Ханы и позволил первой слезе упасть. Это не принесло облегчения. Это не смыло гнев. Я не почувствовал разрядки — наоборот, внутри росло давление, будто я вот-вот взорвусь.

Фэллон прижала меня крепче, шепча: — Мы здесь. Мы с тобой.

Каждое едкое слово. Каждый удар. Каждый полный ненависти взгляд. Когда я наконец смог унять слезы, я отстранился и спросил: — Как я должен просто забыть все, что она со мной сделала?

Фэллон погладила меня по щеке.

— Никто этого от тебя не ждет, Хантер. Тебе нужно время, чтобы исцелиться, и мы все это понимаем.

— А я вообще смогу? Я потратил все силы на борьбу с ней. Не думаю, что у меня остались силы на прощение.

Хана улыбнулась мне с мудростью не по годам: — Нужно время, Хантер. Прощение не дается за одну ночь, иначе люди разбрасывались бы им направо и налево. Прощение — это финальная стадия исцеления.

Я кивнул, понимая, что она права. Устало выдохнул.

— Я постоянно твержу, что с ней покончено. Черт, я только что сказал, что не смогу ее простить, но... — Я встал и начал мерить комнату шагами, а девчонки присели на кровать.

Боже, от этих эмоций у меня голова идет кругом.

— Джейд — часть нашей компании, — сказал я севшим голосом. — И хоть нашей дружбе пришел конец, я не могу просто перестать о ней заботиться. — Я горько усмехнулся. — Бред, да? Я просто мазохист какой-то.

— Вовсе нет, — отозвалась Фэллон. — Нельзя просто взять и перестать любить кого-то, Хантер. Ты так долго боролся. Тебе больше не нужно быть тем, кто хранит мир. Джейд выплескивала на тебя свое горе, и теперь, когда она наконец идет на поправку, тебе больше не нужно быть ее опорой. Теперь тебе нужно время, чтобы справиться с болью, которую она тебе причинила.

Уголок моего рта слегка дернулся.

— Джейс на днях сказал нечто похожее.

Фэллон хмыкнула: — Да, он бывает проницательным, когда его мысли не заняты пошлостями.

Наступила тишина, затем Хана спросила: — Тебе хоть немного лучше?

— Да. — Я благодарно улыбнулся им. — Кажется, мне просто нужно было кому-то признаться в правде.

— Хочешь, я поговорю с Джейд, чтобы она держалась подальше, пока ты не будешь готов? — предложила Фэллон.

— У меня сложилось впечатление, что ты уже это делала, но Джейд решила не слушать? — я усмехнулся, потому что это было в ее духе.

— Да, я говорила ей, но на этот раз я усажу ее и объясню доходчиво — ей нужно отступить.

— Буду благодарен. Мне нужно разобраться в себе.

Девчонки обняли меня на прощание. Хана внимательно посмотрела мне в лицо и, оставшись довольной увиденным, поцеловала меня в щеку. Когда они ушли, я отправился в душ. Теплая вода смыла напряжение с мышц. Я вытерся и натянул тренировочные штаны.

Вернувшись в комнату, я обнаружил Джейса, развалившегося на моей кровати.

— Ты не будешь здесь спать, — предупредил я.

Джейс перевернулся на бок и ухмыльнулся: — Да брось, я же знаю, ты любишь обниматься со мной. Я никому не скажу.

— Зараза, — я толкнул его, чтобы он подвинулся. — Мы уже слишком старые для этого.

— Вот именно, так что наслаждайся, пока есть возможность. Когда Мила мне сдастся, ты мою задницу по ночам видеть не будешь.

— Прямо жду не дождусь, — проворчал я, забираясь под одеяло. — И клянусь, если ты испортишь воздух, я тебя убью.

— Это «О де Джейс». Люди миллионы отдадут за этот аромат, — пошутил он.

— В твоих мечтах, — рассмеялся я. — Ты токсичен. Уверен, НАСА фиксирует каждый твой «взрыв».

Мы посмеялись, и это было именно то, что мне нужно. Я потянулся к прикроватной лампе и выключил свет.

— Спасибо, Джейс.

— Всегда.

Через минуту я прошептал: — Люблю тебя.

— А я тебя больше, — пробормотал он, уже засыпая.

Я лежал в темноте, слушая легкое похрапывание Джейса и думая о Джейд. Я боялся, что мы не сможем вернуть прошлое, но, возможно, когда-нибудь мы сможем начать новую дружбу. Вот только я понятия не имел, как нам к этому прийти.

ДЖЕЙД

Вчера у нас с Фэллон был серьезный разговор, и он открыл мне глаза. Мне нужно быть такой же терпеливой к Хантеру, каким он был ко мне. Сейчас это меньшее, что я могу сделать. Я рада, что занятия отвлекают меня, но мысли все равно возвращаются к Хантеру и тому, через что я его заставила пройти.

Я снова тяжело вздохнула, когда лекция по этике подошла к концу. Только я закрыла ноутбук, как кто-то сзади облил мне спину какой-то жидкостью. Брызги попали и на компьютер. Я лихорадочно вытащила салфетки, чтобы вытереть все, пока техника не пострадала.