— Развитие? — не понял Тэрл, — Это что, какая-то болезнь или яд?

Девушка покачала головой.

— Это не болезнь и не яд. Это проклятье. И я не знаю, как его снять.

Глава 2. Враг внутри

Лана не помнила, сколько времени прошло. Девушка безотрывно сидела у постели лучшей подруги, периодически снова начиная чаровать, чтобы хотя бы не дать ей умереть сегодня. Медленно, но верно проклятье побеждало. Раз за разом ей приходилось отступать. Отступать на считанные миллиметры, но отступать. Отступать необратимо. Она не знала, сколько еще продержится: дни? Месяцы? Годы?

Сколько пройдет, прежде чем Лейла умрет.

Иоланта почувствовала, как она устала, только когда ощутила чужую силу, ненавязчиво забирающую у нее контроль. Знакомую, надежную силу.

— Учитель… — слабо улыбнулась она.

Эжен Нестор, ее наставник, был человеком очень маленького роста. Фактически, он был даже ниже ее, хотя она никогда не была великаншей. Годы рассыпали по его лицу морщины, придававшие ему лукавый вид. Бороды старый волшебник не носил, ограничиваясь пышными, лихо закрученными усами. Карие с прозеленью глаза смотрели ясно и молодо. Увы, тело его годы не пощадили, и теперь он тяжело опирался на резной посох.

— Я прибыл так быстро, как только смог, — сказал учитель, — Ты молодец.

— Я… не знаю, как снять проклятье, — призналась девушка.

— Ты и не можешь его снять. Я знаю эти чары. Проклятье Черного Аметиста. Безумное творение чародеев древних времен. Все, что мы можем сделать здесь — остановить развитие. А обратить эффект вспять может только разрушение амулета, осколки которого использовались, чтобы наложить его.

— И сколько у нас времени на поиски? — уныло спросила Лана.

Унывать было с чего. Если убийцы владели телепортацией, то могли прийти откуда угодно. А судя по их внешности и одежде, они были родом вообще не с Полуострова. Оставалось надеяться, что пленник что-нибудь расскажет.

— Достаточно. Это медленные чары. В естественном виде они убили бы ее за неделю. Но я смогу тормозить их развитие до полугода. Если амулет вообще возможно найти, я не сомневаюсь, что ты справишься.

Лана кивнула, в душе ужасаясь услышанному. Кто мог создать подобное? О, она не строила иллюзий насчет человечества. Она знала, что люди совершали ужасные вещи во имя власти, богатства, мести, гордыни. Но одно дело — сделать что-то от разума, и совсем другое — вложить в это свой творческий огонь, частичку своей души. Кто мог быть настолько извращен, чтобы не просто убить с помощью магии, — такое еще бывало, — а сделать это вот так вот, медленно и мучительно?

Чародейка торопливо одернула себя. Лейла еще жива. И будет жить, если она найдет способ спасти ее.

— Мы можем как-то определить местонахождение амулета? — спросила девушка.

— Я могу сделать «компас» за счет симпатической магии, — ответил Нестор, — Но он укажет только направление. Прежде чем от этого будет польза, нужно хотя бы определить район поисков.

Как по заказу, в комнату вошел Тэрл. Был он хмур и раздражен, что явно не наводило на позитивные мысли.

— Что это за язык? — не тратя времени на приветствия, спросил мужчина, после чего бросил на столик перед ними лист бумаги.

На котором, явно второпях и на весу, были написаны обычные буквы, но только складывались они в какую-то совершенную бессмыслицу. Лана сразу покачала головой. А вот Нестор надписью заинтересовался.

— Любопытно, любопытно… А ударение ставится вот здесь или вот здесь?..

— В конце, — так же хмуро ответил Тэрл, — Вы знаете этот язык?

— Не знаю, но узнаю, — поднял палец старик, — Это язык Дозакатных.

— Вы в состоянии переводить? — перефразировал вопрос воин.

— Разумеется, нет! — раздраженно ответил эжен, — Я никогда не изучал древние языки. И вообще, тут вам нужны не чародеи, а ученые.

Медленно соображая из-за недосыпа, девушка не успела понять, на что он намекает, но к счастью, Тэрл озвучил сам:

— Университет свободных наук…

— Именно, — охотно закивал старик, — Лана… сейчас поспи несколько часов, а то на тебя больно смотреть. А затем возьми коня и скачи в Спалат, что в тридцати километрах отсюда. Там иди в Университет свободных наук и найди мэтра Арнета. Он мой старый знакомый и не откажется помочь с переводом. Это ведь то, что сказал вам убийца?

— Да, — проворчал гвардеец, — Он ни говорит ни на идаволльском, ни на иллирийском. Эту фразу он регулярно повторяет. Я записал ее на слух.

— Хорошо. Значит, через переводчика с ним выйдет поговорить.

Университет свободных наук впечатлял, хотя красивым Лана бы его не назвала. Монументальное каменное здание, созданное по образу и подобию Дозакатной архитектуры, — с ее угловатыми формами, обширными окнами (застекленными, что стоило целого состояния) и непропорционально маленькими дверями. В высоту оно насчитывало четыре этажа, а стены его были облицованы белым и коричневым камнем, украшенным абстрактными узорами.